– Но твоя сестра пьяна, а наш салон не работает с выпившими людьми, даже если у них набиты такие жуткие партаки[2]."
"– Хочешь сказать, – поставив бутылку на стойку, указываю на кучу мелких дурацких рисунков, вроде хартограммы и переломанного скейта на его руках, – что все эти татуировки ты набивал трезвым?
– Отличная попытка, мисс «Я-хожу-в-неглиже». Твоя сестра выпила, а это значит, что ее давление поднялось и кровь стала более жидкой. Это приведет к излишнему кровотечению и помешает прорисовывать тени и детали.
Кэмерон внимательно смотрит на испуганную Келси, и я замечаю, что он едва сдерживается от желания широко улыбнуться.
– Эй, бывшая Чендлера, ты хочешь залить здесь все кровью? Буквально все будет в ней, как в финале любого фильма Тарантино, чистого места не останется.
Побледневшая Келси трясет головой из стороны в сторону. Меня злит, что Кэм издевается над ней, и, прикусив губу, я едва сдерживаюсь от того, чтобы не выругаться вслух.
– Очень умно накручивать пьяного и без того испуганного человека.
– Очень умно подкалывать кого-то, когда ты стоишь в пижамных штанах.
Вдруг на стойке зазвонил телефон, и я вздрогнула. Он сделан на старый лад: с клавишами и спиральным проводом, а полностью прозрачный корпус при каждом звонке подсвечивается разноцветными огоньками.
– Может, возьмешь? – неуверенно спрашиваю я, потому что Кэмерон слишком долго и увлеченно разглядывает мои пижамные штаны, не обращая внимания на звонок.
– Это не моя работа. Что он ест? Это пицца?
Перевожу взгляд на свои штаны.
– Да, – со вздохом отвечаю я.
– Забавно.
– Не могу передать, как счастлива от того, что ты оценил их.
В ответ Кэмерон лишь усмехается. В салон возвращается Мэй и с недоумением смотрит на звонящий телефон.
– Почему не ответишь? – спрашивает она Кэма.
– Потому что я не администратор.
Скорчив недовольную гримасу, она обходит стойку и берет трубку.
– Запиши бывшую Чендлера на ближайшее свободное время.
– К кому именно записать? – спрашивает она, прикрывая ладонью трубку.
– К тому, кто посимпатичнее.
Кэм берет из вазочки еще одну конфету и протягивает ее мне.
– Ты тоже приходи, набьем что-нибудь взрослое в стиле волшебного мира Диснея.
– Спасибо, – я складываю руки на груди, – обойдусь.