Как только услышала гудки, сразу так занервничала, и мне просто необходимо пространство! Девчонки за спиной сразу зашипели, но я замахала руками, мол, заткнитесь! Ведь после третьего услышала его глубокий голос…
— Да?
О боже. Хочется сразу скинуть, но я понимаю, как глупо буду выглядеть, поэтому жмурюсь и выдыхаю.
— Здравствуйте, это Олег?"
"— Эм…да? А с кем я говорю?
О боже. Боже. Боже!!!
— Э-э-э…это…это Алиса.
— Алиса? А-а-а! Понял. Здравствуйте, Алиса Степановна.
— Здравствйте… — глупо повторяю, он пару мгновений ждет, но потом мягко интересуется.
— Что-то случилось?
— Нет, я просто…эм…по делу к вам вообще-то.
— По…делу? Вы отца ищете? Извините, он не со мной и…
— Я не по поводу папы, — выпаливаю, снова ставя его ненадолго в тупик, но Олег все-таки взрослый. Он быстрее с таким вот состоянием справляется, к тому же еще военный…
— Что за дело в таком случае?
— Я…я хотела вас кое о чем попросить?
— Это вопрос? — усмехается бархатно, — Вы не уверены?
Бросаю взгляд на подруг. Они, как одна, подаются вперед и быстро кивают, махая руками, говорят мне что-то беззвучно, а это только путает — я ни слова не понимаю из-за нервов, поэтому отворачиваюсь и тяжело вздыхаю.
— Нет, я уверена, что хочу попросить.
— Это уже хорошо. Так в чем дело?
— Понимаете…папа мне машину сегодня подарил…
— Поздравляю.
— Спасибо, но проблема в том, что я…я…
— Вы не умеете ездить?
— Умею, конечно же!
Издевается? Подтрунивает? Неожиданная черта, я думала, что он весь из себя серьезный такой, но я рада, что нет.
— Дело в парковке.
— Ага. Что с ней?
— Пожалуйста, только не смейтесь…
— Ну…постараюсь.
— В общем, у меня с парковкой все совсем плохо…Ээ…я стараюсь, но никак не могу понять, как рассчитывать и…понимаете, папа этого не знает. Ну как? Он знает, конечно же, но он думает, что все лучше обстоит, чем есть на самом деле. Я ему не говорила, потому что надеялась, что у меня начнет получаться, я думала, ну знаете, что дело в машине.
Тут мне прилетает в голову подушка, и я застываю — что.я. только. что. сказала?! Что я сказала?! Вспоминаю и аж пятнами иду — я так тараторила, и, кажется, абсолютно ничего не понятно было, поэтому застываю. Тяжело дышу и медленно убиваю себя — это просто позор и кошмар…Олега он, в свою очередь, смешит.