С синявками дело обстояло не так здорово — за всё время удалось найти чуть больше двух дюжин. Не бог весть сколько, но этого должно хватить, чтобы заинтересовать графского аптекаря.
Кроме этого, я собрал ещё несколько других ягод и грибов, которые старик также посчитал весьма ценными и обещал подготовить их для продажи.
Намаявшись в первый день, я перестал таскать с собой щит и копьё. Пусть весили они относительно немного, но бегать с двухметровой палкой в руках и плетённой «дверцей» за спиной, которые без конца цеплялись за ветки — это сомнительное удовольствие.
За всё проведённое в лесу время я лишь изредка натыкался на звериные следы, но не видел ничего опасного... Пока однажды случай не привёл меня к лагерю разбойников.
Их выдал запах."
"Бандиты догадались развести костёр в низине — так, чтобы огонь нельзя было заметить издалека — и даже сделали из веток что-то типа рассеивателя дыма. Но вот с запахом справиться не смогли, и тёплый ветерок предательски донёс до меня ароматы горящего дерева и жаренного мяса.
Собственно, именно запах мяса и натолкнул меня на мысль, что это лихие люди.
В один из дней мне удалось изловить силками двух небольших грызунов, похожих на плод любви кролика и белки. Хольд рассказывал о запрете на охоту, но я решил, что от такой потери граф как-нибудь уж оправится, и без задней мысли притащил добычу домой. Рыбная диета успела надоесть до слёз не только мне, но и отшельнику, поэтому я подумал, что он не станет сердиться из-за небольшого нарушения.
Однако Хольд был вне себя.
— Их кто-нибудь видел??? — шипел он, указывая на ободранные тушки.
— Разве что деревья.
— Отнеси их подальше в лес и больше никогда так не делай!!!
— Слушай, это ведь всего лишь...
— Нет, — перебил меня старик, — это ты слушай! Если кто-нибудь в деревне доложит людям графа о том, что ты охотился в лесу, нас ждут очень серьёзные неприятности!
— Как они узнают-то?
— Неважно! По запаху или по костям... Или найдут шкурки.
— Ну не зубами же, — ответил я. — Как они поймут, что это именно мой нож?
— Граф очень серьёзно относится к своим правам Феликс, — сурово произнёс старик. — В том числе и к праву единоличной охоты на своих землях. И уж поверь, он, будучи властителем металла, сможет узнать владельца ножа, которым разделали его добычу!
В общем, я в тот же вечер избавился от белкокроликов — отнёс их за пару километров и похоронил под камнем.