Ведь — не стоит обманываться — даже если я в первую ночь разложу в бане карты и не скончаюсь при этом от суеверного ужаса, то, скорее всего, утром обнаружу, что карты лежат в прежнем положении и ничего не изменилось. Глупо рассчитывать на чудеса. Однако попробовать стоит хотя бы потому, что вся эта затея поможет отвлечься от тревог по поводу гадкого Олега.
Когда очнулись подруги, я уже была на ногах и чувствовала себя на удивление бодро. Однако увидев меня, они испугались не на шутку.
— Тошааааааа, — ахнула Аля и схватилась за стенку.
— Да нет, наоборот, — довольно ответила я, обрадовавшись реакции подруг. Не зря, значит, битый час с косметичкой сидела, тени под глаза накладывала. — Это все грим. Вы меня сфотографируете, как доказательство для ректорского сына. Скажете — я очень заболела и просила передать, что свидание откладывается. Даже лучше видео снять, где я сама ему все скажу.
Меня сначала обругали за то, что напугала зря, а потом похвалили за находчивость.
Потом мы с третьей попытки записали видео (первые две провалились из-за несвоевременного ржача якобы больной), в котором я трагично сиплю, то и дело громко и противно сморкаясь в платок, что, мол, так и так, Олег, свидание придется отложить по независящим от меня обстоятельствам.
— Кстати, суженые-то вам приснились? — полюбопытствовала я, как только видео было отснято.
— Мне приснился какой-то хлюпик, худой, как скелет. И волосы светлые, — поделилась широкоплечая и коренастая Маня. — Совсем не в моем вкусе.
— А меня всю ночь кошмары мучили, — передернула плечами Лара. — Про зеркала. Надо же было вчера допиться до галиков!
Я с облегчением улыбнулась.