— И много вы личей видели, ваше сиятельство?
Вокруг девицы начали закручиваться силовые потоки. А за спиной, словно крылья, распахнулась тьма. Только теперь до Шэна начало доходить, что чего-то в ситуации он недопонял. Перед ним стояла разъярённая некромантка. Снимать щит как-то разом расхотелось. Но трусом в княжеском роду Аданар никто и никогда не был, так что, скрыв вполне обоснованные опасения, мужчина расплёл собственное заклинание. Тем более, что внимательный взгляд выцепил немаловажную деталь впечатляющего облика незнакомки.
— Прошу меня извинить, уважаемая жрица, если я вмешался в ваш ритуал. — он доброжелательно улыбнулся, надеясь смягчить гнев весьма привлекательной фурии.
Злить слугу Тёмной ему конечно не хотелось, но и особо виноватым Шэн себя не чувствовал. А чувствовал он непонятно что, ощутив в мешанине отвратных запахов её тонкий аромат.
— Если?!! — девушка, кажется завелась еще больше, и совсем не так, как ему хотелось бы, глядя на эту тонкую фигурку. — Вы, сиятельный князь, не просто в него вмешались, вы пустили его под откос, полностью нарушив всё, что только можно было нарушить.
— Послушайте, я конечно признаю, что поспешил с выводами. Но и ужасного ничего не случилось. Лич упокоен. И это главное, ведь правда? Вы не пострадали, кстати? — и он примиряюще протянул ей руку. Очень уж хотелось подобраться ближе и разобраться наконец в собственных ощущениях.
Девушка раздражённо смерила его взглядом, прищурив тёмно-карие глаза. Пухлые губы сжались в сердитую линию и под изящными скулами заиграли желваки. Ого! Горячая крошка.
— Упокоен?!! Вы хоть имеете представление, что натворили? При всём моём уважении… — девушка на секунду умолкла, явно пытаясь сдержаться, — Я сейчас в шаге от того, чтобы упокоить навеки вас!!! Так что, попрошу уйти с моей дороги и не путаться под ногами!!! — и, проигнорировав протянутую руку, обошла его по широкой дуге, направившись к трупу.
А ошалевший от такого откровенного неуважения и пренебрежения князь пытался справиться с дикой смесью злости, раздражения и желания поймать дерзкую брюнетку и зарыться лицом в её шею, вдыхая этот одуряющий запах полной грудью. Мотнул головой, прогоняя наваждение. Повернулся вслед, собираясь отчитать грубиянку, да так и застыл с открытым ртом.