Фитнес для Красной Шапочки

Мелех планировал наблюдать этот процесс со стороны, а потом, числясь официально трупом, разделаться с бывшим дружком и компаньоном Скуратовым и смыться с денежками, свалив все при этом на некоего Зураба, которого давно готовил на эту роль. Блестящий план, но он не сработает. Потому что некто Зураб вчера скоропостижно скончался, а сегодня вслед за ним отбыл в мир иной и господин Скуратов.

— Ты убил его, — ахнула я.

— Конечно. Теперь Мелеху придется выползти на свет божий, если он хочет получить деньги. Его блестящий план сыграл в ящик.

Что скажешь, солнышко?

— Меня от вас тошнит, — честно ответила я, не в силах больше притворяться. — Я даже не знаю, от кого больше.

— Брось, мы подружимся, вот увидишь. А если нет… лучше подружиться, правда лучше. А сейчас мне придется ненадолго оставить тебя.

— Подожди. Скажи, как ты выбрался из дома Тумарина?

— Ножками. Милиция, это ведь ты их вызвала, слегка опоздала.

— А Тумарин?

— Что Тумарин?

— Он жив?

— Насколько мне известно, Тумарин в настоящий момент в больнице, у него вдруг обнаружились проблемы с сердцем.

Очень своевременно. Лев Кириллович мудрый человек и решил выйти из игры.

— Как это выйти, когда в его доме обнаружили три трупа? — не поверила я.

— Но не самого Льва Кирилловича. Уверен, у него есть алиби, и десять человек охотно подтвердят, что в момент убийства он был на другом краю города.

— А я заявлю обратное. Он убил Павла и еще двоих, похитил Виктора…

— А я убил его людей и этого самого Виктора в придачу. Ты это хочешь сказать? Солнышко, мы же собрались на Канары, или ты забыла?

— Я тебе не верю.

Такой парень, как ты… Где гарантия, что ты не убьешь и меня?

— Ах, солнышко, я испытываю к тебе самые нежные чувства и мог бы доказать это прямо сейчас, но, к сожалению, нет времени. Мне следует подготовиться к завтрашней ночи. Не скучай, дорогая. — Он поцеловал меня и исчез, не забыв выключить свет. В кромешной тьме нечего было и думать попытаться освободиться. Я отчаянно застонала и закрыла глаза.

Сколько прошло времени, я не знаю.

Слабый свет начал пробиваться сквозь щель между полом и воротами, значит, уже день. Потом свет исчез. Рука занемела. К этому прибавилось еще одно неудобство, так что я с нетерпением ожидала, когда вернется Феликс.

Наконец скрипнула дверь, а вслед за этим вспыхнул свет.

— Здравствуй, солнышко. Надеюсь, ты хорошо себя вела. Не шалила, не таскала конфеты из шкафа и не кричала понапрасну, потому что все равно тебя никто не услышит.

— Я в этом не сомневалась.