Фитнес для Красной Шапочки

Между прочим, я хочу в туалет.

— Конечно, солнышко, я тебя провожу. Он и в самом деле проводил. Дом был недостроен, без внутренней отделки, но, к счастью, туалет имелся, правда, без двери.

— Убирайся отсюда, — с досадой сказала я, и он убрался. К сожалению, ненадолго.

Потом мы устроились в большой комнате с заколоченными окнами. Феликс разложил на газете копченую колбасу, салаты в пластиковых банках и с увлечением принялся жевать.

— Я рад, что мы встретились, — разглагольствовал он. — Серьезно, рад. Даже не хочется думать, что могло бы получиться иначе, или что ты, к примеру, оказалась бы другой.

Ты упрямая. И у тебя есть принципы. Это хорошо. Нам будет очень весело. Вот увидишь.

— Ничего особо веселого я не вижу, — нахмурилась я.

— Это потому, что в настоящий момент у меня нет для тебя времени. Ты понимаешь?

— Не очень.

— Я хочу, чтобы ты стала моей единственной заботой. Тогда все будет по-настоящему интересно.

— Чего-то мне не хочется с тобой на Канары, — заметила я.

— Почему? — удивился Феликс.

— Боюсь, ты вернешься к прежним штучкам, например, к этому дурацкому лезвию. А у меня на все это аллергия.

— Я научу тебя этому фокусу. Тебе понравится., И многое другое тоже.

— Будем надеяться, — пожала я плечами. Время тянулось медленно, а для меня и вовсе невыносимо, когда знать не знаешь, что придет в голову этому психу в следующий момент. Правда, он обещал заняться мною позднее, но разве словам такого типа можно доверять?

Наконец Феликс взглянул на часы и сказал:

— Нам пора собираться, дорогая.

Наш общий любимый друг выступит сегодня с сольным номером. Грех опаздывать. — Он вышел, а потом вернулся, держа в руках что-то громоздкое. — Наденька эту штуку…

— Что это такое? — удивилась я.

— Бронежилет. Бог знает, что может произойти. Я не хочу, чтобы ты пострадала. Видишь, как я о тебе забочусь?

Он помог мне надеть бронежилет и сам надел точно такой же.

— Ну как? — спросил Феликс, оглядывая меня.

— Нормально.

— Немножко тяжеловато, но зато надежно. Идем.

Мы спустились к машине и вскоре уже ехали в направлении рыбозавода.

Темнело рано, а в этом районе фонари, как назло, не горели, так что, кроме силуэтов деревьев, которые выхватывал из темноты свет фар, я ничего не видела.

Хорошая дорога кончилась, машину начало трясти, мы остановились.

— Идем, — позвал Феликс.

— Куда? — насторожилась я.

— Смотреть представление. Я вышла и огляделась, насколько это позволяла темнота."

"— Где мы? — спросила я, с желанием немного потянуть время.