– Высек, заруби у себя на носу и передай остальным. Если хоть кто-то попытается обидеть девушек, пока они сами не дадут повода думать о них плохо, голову оторву. И это не шутка. Эти женщины с нами, и мы в ответе за них, так же как и за всех остальных. Если среди нас не будет единства, то в степи нам просто конец. Если кто-то любит поговорку – моя хата с краю, ничего не знаю, то пусть ее забудут. Даже на границе такие почитаются за отщепенцев и стоят вровень с врагами, про пинкскую территорию и говорить нечего.
– Господин Варакин, там вас спрашивают, – подбежал к Сергею один из подростков.
– Кто спрашивает-то?
– Сказали: «Передай, что Луйко Забар просит выйти». Он хотел прямиком в барак, да дядька Михал не пустил.
– Спасибо, братец. Иду.
Вот еще и этот упырь. Ну если только попробует потребовать плату… Сергей был в таком состоянии, что авторитету лучше бы поберечься, а то можно и мозги разбросать по пыльной мостовой, чтобы впредь думал, что делает.
Луйко встретил его совершенно спокойно, а вот Варакину едва удавалось сохранять хотя бы видимость этого самого спокойствия.
– И снова здравствуйте, уважаемый господин Варакин. Понимаю, что вы не желали столь скоро вновь встретиться со мной, но жизнь полна неожиданностей. Если вы не против, то я просил бы вас отойти со мной немного в сторону, чтобы избежать излишнего внимания.
– Итак, чем обязан столь неожиданному визиту? – сквозь зубы процедил Сергей. Ох как же трудно ему было сдержаться.
– Причина вовсе не та, о которой вы подумали. Я еще не выжил из ума.
– Я слушаю вас, – произнес Сергей.
– Дело в том, что я к вам с просьбой.
– Даже так?"
"– Именно. Я хотел бы попросить вас не трогать этого недоумка Загора.
– Мне казалось, что вы не имеете никакого отношения к подобного рода предприятиям.
– И вам правильно показалось.