Зуха не должна была заподозрить, что Дзианта сама желает этого наказания, рвется в гробницу, откуда лежит ее единственный путь спасения. Свирепый ветер и колючий снег встретили ее на вершине холма.
— Но мы должны знать, как она совершила это, — жрец Вута стоял перед Зухой. Голос его звучал повелительно. — Если повстанцы обладают такими знаниями…
— Если бы такие знания у них были, мы давно бы знали об этом. Солдат, которого мы нашли в Ксуте, сказал, что это она управляет Тураном и это она обрушила на солдата невидимый удар, когда тот отказался выполнять безумные приказы Командора.
Жрец повернулся и посмотрел на Дзианту. Будет ли он протестовать? Неужели он сейчас погубит все, что она так тщательно готовила, за что она так бешено боролась?
— Сейчас она не внушает никакого страха и опасения. Разве она позволила бы схватить себя, если бы обладала такими силами, какие ты ей приписываешь?
— Теперь у нее нет в подчинении Лорда Командора.
Некоторое время он колебался. Солдаты и офицеры сомкнули ряды, окружив Зуху, и жрец решил не идти против силы.
Зуха поняла, что выиграла.
— Разденьте ведьму, — приказала она. — Если на ней есть амулеты, которые придают ей могущество, отдайте их жрецам. Пусть на этот раз на ней не будет ничего, кроме ее собственной шкуры.
Солдаты содрали с нее одежду и затем один из офицеров схватил ее за плечи и толкнул вперед. Она почувствовала, как веревка опутывает ее руки. Она уже вконец окоченела на ледяном ветру. Ничего не соображая, она как во сне видела, как ее поднимают, проталкивают в отверстие, опускают.
"Дзианта лежала в леденящем душу и тело мраке и слышала глухие стуки над головой. Они очень тщательно опечатывали дверь духов, они не желали больше возвращения Турана. Туран… она использовала мысленный зонд — никакого ответа!
Он исчез. Умер? Она осталась одна в этом жутком месте и, если она сможет спастись, то только благодаря своим собственным усилиям.