— Кто такой Лорд Гаран, чтобы указывать мне?
Несомненно тогда, в тот необдуманный момент, я чуть было не раскрыл свой столь ревниво охраняемый секрет.
— Покорнейший из твоих многочисленных слуг, Величественная Леди. И все же, даже я осмеливаюсь сказать, что это дело не для тебя.
— Он прав, — сурово поддержал меня Закат. — Кум — не место для женщины.
Трэн согласно кивнул. Но Трэла не была убеждена. Какие добавочные аргументы она собиралась выдвинуть, чтобы поддержать свой план, мы никогда не узнали, потому что внезапно из куполообразного потолка над нами донеслись тихие звуки перезвона.
— Это предупреждение, — сказал гурлиец. — Кто-то идет по проходу. Нам надо уходить.
— Внутренний коридор, — предложила Трэла. — Покажи им, Трэн.
Он встал и шагнул к портьере, из-за которой они с Трэлой вышли. Обнаженная стена разошлась, открыв узкую дверь, через которую мы протиснулись один за другим.
— Проходи, Трэн, — прошептала Трэла.
Он послушно присоединился к нам, но Леди Трэла не последовала за ним в коридор. За ним половинки стены сомкнулись с щелчком, и мы очутились в темноте, сбитые с толку. Трэн бросился к этой глухой стене.
— Это же явное безрассудство! — горячился он. — Она же не сможет сыграть роль Айлы достаточно хорошо, чтобы ввести в заблуждение кого-нибудь из приближенных этой женщины.
Услышав эти слова, я понял, какую шутку сыграла с нами Трэла.
Кто-то болезненно вцепился в мою спину длинными ногтями.
Оставь! — крикнула мне в ухо Аналия. — Это дверь открывается только на звук одного голоса. Дай я попробую.
Мы с Трэном отступили, предоставив Аналии место, в котором она нуждалась. Мы хранили молчание, пока она говорила наизусть какое-то заклинание высоким пронзительным голосом Лании.
Потайная щель появилась вновь, и в тот же миг мы смогли увидеть и услышать то, что происходило в Комнате Грифов. Что касается меня, то я не удивился, увидев красивое смуглое лицо Кипты с его слегка насмешливой улыбкой. Но сзади его стоял еще один. Трэн схватил меня за руку.
— Айла!"
"Да, это была настоящая Айла, Айла из белой с черным комнаты, с ее тощим телом и великолепными волосами, размалеванным лицом и наполненным злобой голосом.