А Кранд будет оставлен встречать рок, который Кипта навлек на него!
— Но Ученые, несомненно… — начал я снова.
Она некоторое время смотрела на меня, и затем безумие, казалось, сошло с ее лица: она опять стала спокойной с крепкими нервами женщиной, которая отважилась сыграть роль Айлы во дворце удовольствий в Сотане.
— Ты вправе упрекать меня, Гаран. У нас нет уже времени для необдуманных слов и бесцельных действий. Давайте вернемся в Ю-Лак и посмотрим, что можно сделать. Сейчас же, пока Кипта не вернулся со своими охранниками, как он грозил.
— Тогда обратно через Пути, — решил я. — Сейчас весь Кум поднимется против нас. Только вот мост…
— Когда мы достигнем его, тогда будем думать о том, как переправиться, сказал Закат. — Слушайте!
Откуда-то из стен нарастало зловещее бормотание. Трэла ухватилась за меня.
— Они идут! Кипта…
— Мы уходим! Пойдем.
Мы преследовали тем же путем через внушающую страх лабораторию, по проходу, заставленному ящиками с монстрами, и через обе тяжелые двери, чтобы окунуться во мрак Путей.
Хотя мы шли быстро, спотыкаясь, по гребневидному пути, нас достиг звук погони, громогласно повторенный сводами Путей. Трэла остановилась, опираясь рукой о стену.
— Вы идите дальше, — она дышала со свистом, — продолжайте путь к Ю-Лаку, а я больше не могу.
Я засмеялся и все же увидел в ее словах зерно здравого смысла.
— Ты верно сказала: один из нас должен остаться, чтобы задержать эту свору.
— Неужели ты не видишь, Гаран? Я не могу больше идти. Дай мне свой лучевой жезл…
Я увидел, что она действительно выдохлась; она не могла идти наравне с нами со своими слабеющими силами. Было только одно решение. Я повернулся к Закату.
— Иди!
Он с угрюмой решительностью покачал головой, вынуждая меня пустить в ход свое последнее оружие.
Это приказ! — резко сказал я.
Его голова поднялась, и он пристально посмотрел мне в глаза.
— Так как ты приказываешь, я должен повиноваться. Ты не оставил мне ничего — даже чувства собственного достоинства."
"Потом он повернулся и покинул нас, двигаясь вначале медленно, как будто на него внезапно навалился груз прожитых годов. Трэла взглянула на меня.
— Уходи, уходи! Не оставляй хоть этого у меня на душе.
Я улыбнулся.
— Я предвидел это три года назад, но, вероятно, смутно. Моя судьба — служить тебе, Леди, и так будет до конца.