Но пинок Эндона объяснил ему мудрость молчания.
— А ты, — Козберг повернулся к Нейлу, — ты грешник, язычник! Ты нашёл и скрыл! Ты навлек на нас гнев Неба!
Его рука вытянулась с такой скоростью, какой Нейл не ожидал, и дубина обрушилась на предплечье Нейла. Он невольно вскрикнул и упал на колени, но, несмотря на боль, не сводил глаз с выпавшей из рук трубки. Она выкатилась на открытое место и лежала, теплая, прекрасная, сияющая в лунном свете. Но так было лишь одно мгновение. Козберг наступил на нее своим тяжелым сапогом и раздавил в порошок все это тепло и жизнь.
— Взгляните на него!
Отвращение, страх — эти эмоции дошли до него даже там, где он скорчился и дрожал.
— Зеленая Болезнь! Уведите его отсюда, у него Зеленая Болезнь?!
Другой голос хрипло каркнул:
— Небо покарало грешника. Поступите с ним по обычаю, мастер участка!
На Нейла накинули веревки, выволокли на свет, причинявший страшную боль глазам. Его подгоняли, толкали, тащили куда-то на подгибающихся ногах и волоком по земле. Это был кошмар. Он не понимал его, а только страдал, как животное, которое тащат на бойню, и надеялся только, что все это скоро кончится, и он снова вернется во тьму.
5
Вода… вода, бегущая по камням, поток под открытым небом… пить эту воду, лить на горящее тело. Лечь в текущую воду… Нейл полз на коленях, щурясь от причинявшего боль света. Но здесь были места холодных теней, где свет приглушался, экранировался, а эти места становилась все шире. Ифткан… Силы Ларша напали на восходе луны, и кто-то слабый позволил им просочиться через Первый Круг. Так пал Ифткан, и Ларши теперь охотятся за беглецами из Башни.