Разведчики пойдут на восток и на север, а ты, Сеятельница Семян, — назвал он Иллиль ее древним титулом, — иди за помощью к Зеркалу, оно не оставит нас. Иллиль печально покачала головой.
— Однажды я уже сделала это. Боюсь, что воззвать к Силе Танта во второй раз мне не удастся. Ведь я не полностью Иллиль, во мне живет человеческая память, чуждая ифту.
Потом она повернулась к остальным и более решительно добавила:
— Братья, что бы ни произошло — не выбирайте смерть! Звезды могут нас покинуть, но мы не можем покинуть семена, нашу единственную надежду!
Была уже ночь, время ифтов.
— Хурурр!
В приветствии кваррина, давнего охотничьего товарища ифтов, слышалась ворчливая жалоба. Айяр открыл свое сознание, чтобы услышать мысли птицы.
— Рвут… убивают… ломают!
— Кто?
— Ползающие вещи! Неправильная охота! Убивают! Убивают!
— Зачем?
Кваррин зашипел, взмахнул огромными крыльями и взмыл в темноту.
— Ползающие вещи… — повторил Райзек. — Корчеватели? — он робко пытался воспользоваться информацией из своего инопланетного прошлого."
"Машины могут изменить облик любой планеты — было бы только время и человеческая воля. Но машин на Янусе почти не было. Этот мир деревьев был захвачен Возлюбленными Неба — суровой религиозной сектой, которая пользовалась только силой собственных рук и домашних животных.
— Порт находится на северо-востоке, — сказал Килмарк. — Но они не стали бы выводить машины со своей территории. И охоты сейчас быть не может — поселенцы не занимаются этим зимой.
В самом деле, поселенцы вряд ли стали бы сейчас охотиться на тех, кого они называли «чудовищами».
— Люди с участков никогда не пользуются машинами, — уверенно сказал Локатат. До заражения Зеленой Болезнью он сам был поселенцем.
— Догадки никогда не ведут к правде! — воскликнул Айяр-Нейл. В нем жил ифт-воин, действием отвечающий на вызов судьбы.
— Нам нельзя играть нашими жизнями, — снова напомнила Иллиль.
Айяр улыбнулся:
— Моя жизнь идет рядом со смертью во все мои дни на этой планете, и я привык защищать ее мечом.