Дело было не в отвращении, а в том, что теперь невозможно ориентироваться по обонянию. В какой же из коридоров идти?
— Попробуй..
Айяр, скованный скафандром, не успел выхватить меч, Он только пригнулся и дотянулся до рукояти, когда осознал, что не услышал — слово возникло у него в мозгу. ТО-ЧТО-ЖДЕТ?
— Попробуй… меч."
"Опять же не глазами он увидел слабые очертания знакомого лица. Глаза закрыты, щеки впали. Иллиль! Не совсем такая, какой он оставил ее, но все-таки: — Иллиль!
Он не произнес, а, ощущая соединившую их тонкую ниточку мысли, передал по ней это имя.
И внутренним зрением увидел, как шевельнулись ее губы.
— Попробуй мечом…
Айяр достал меч и направил его к ближайшему коридору. Он не знал, что должно произойти, но в этот раз ничего и не произошло. Он попробовал другой коридор, третий — есть! Не свечение, а только одна зеленая искра отделилась от острия и тут же исчезла. Предостережение? Скорее, наоборот. Он пошел в указанный коридор. Потолок здесь был выше, чем в той трубе, по которой он поднимался.
— Иллиль! — мысленно позвал он.
— Следи… меч…
Лица не было. Только слова, и с ними чувство опасности, словно сам контакт грозил ему чем-то. И все же Айяр почувствовал себя лучше, зная, что идет не один. Жужжание в стенах, было сильнее, чем внизу, и даже в воздухе чувствовалась пульсация. Все запахи заглушала сильная, застоявшаяся вонь машин.