Гарри Поттер и Принц-полукровка

Юноша склонился пониже к «Продвинутой Алхимии» и продолжил делать заметки о Вечнодействующих эликсирах, останавливаясь время от времени, чтобы разобрать ценные указания Принца к тексту Либатия Бурачника.

— Кстати, — заметила девушка некоторое время спустя, — тебе следует быть поосторожнее.

— В последний раз повторяю, — после почти часового молчания шёпот у Гарри вышел хриплым, — я не собираюсь расставаться с этой книгой. Да я больше узнал от Принца-полукровки, чем от Снэйпа или Хорохорна за…

— Я не о твоём дурацком так называемом Принце, — Эрмиона бросила на книгу столь свирепый взгляд, словно та нанесла ей личное оскорбление, — а о том, что случилось сегодня.

По пути сюда я зашла в женский туалет и наткнулась там на дюжину девчонок, включая и эту Ромильду Вэйн. Они обсуждали способ подсунуть тебе любовное зелье — им кажется, что тогда ты непременно пригласишь кого-нибудь из них на вечеринку к Хорохорну. И, похоже, все они приобрели у Фреда и Джорджа любовные зелья, которые, боюсь, вполне действенны.

— И ты их не конфисковала?! — возмутился Гарри. То, что мания Эрмионы соблюдать правила иссякла именно в столь неподходящий момент, не укладывалось ни в какие рамки.

— У них не было зелий с собой, — презрительно ответила Эрмиона. — Они всего лишь обсуждали тактику. И поскольку я сомневаюсь, что даже Принц-полукровка, — она бросила на книгу ещё один недобрый взгляд, — способен сварганить противоядие от дюжины любовных зелий разом, то на твоём месте я бы наконец пригласила кого-нибудь на вечеринку.

Тогда остальные перестали бы думать, что у них есть шанс. Вечеринка завтра, и они готовы на отчаянные поступки.

— У меня нет никого на примете, — пробурчал Гарри, всё ещё пытаясь не думать о Джинни — впрочем, довольно безуспешно. Во всяком случае, она время от времени возникала в его мечтах в виде, заставлявшем юношу чувствовать невыразимую благодарность за то, что Рон не владеет Легилименцией.

— Так или иначе, будь осторожнее с тем, что пьёшь, поскольку не похоже, чтобы Ромильда Вэйн впустую сотрясала воздух, — мрачно подытожила Эрмиона.

Она подтянула к себе длинный свиток пергамента, на котором писала работу по Гаданию по числам, и продолжила скрипеть пером. Гарри смотрел на неё, но мысли его витали где-то далеко.

— Постой-ка, — медленно проговорил он. — Разве Филч не запретил всё, что куплено в «Волшебных выкрутасах Висли»?

— С каких это пор кто-то обращает внимание на его запреты? — хмыкнула Эрмиона, по-прежнему поглощённая своим рефератом.