Под предлогом изучения блокнота Огрид тоже склонился над столом и прошептал так тихо, что услышал только Гарри:
— Приходи сегодня в полночь ко мне в хижину. В плаще.
Затем, выпрямившись, сказал громко:
— Приятно было повидаться, Гермиона, — подмигнул и удалился. Хмури последовал за ним.
— Зачем он зовёт меня к себе в полночь? — ужасно удивился Гарри.
— Да? — насторожилась Гермиона. — Что это он затевает? Не знаю, стоит ли тебе идти... — Она нервно огляделась и прошептала: — Можешь опоздать к Сириусу.
И действительно, поход в двенадцать ночи к Огриду и встреча с Сириусом не очень-то состыковывались; Гермиона предложила послать к Огриду Хедвигу, предупредить, что Гарри не сможет прийти, — если, конечно, Хедвига снизойдёт, — но Гарри решил, что надо просто быстренько разобраться с тем, чего хочет Огрид; прежде он никогда не звал к себе Гарри так поздно.
"В половине двенадцатого Гарри, до этого притворившийся, что хочет рано лечь спать, завернулся в плащ-невидимку и тихонько спустился в общую гостиную.
Во дворе было очень темно.
— Гарри, ты? — шепнул Огрид, открыв дверь и озираясь.
— Угу, — Гарри проскользнул внутрь и стащил с головы плащ. — В чём дело?
— Хочу кой-чего показать, — сказал Огрид.
Он был сильно взволнован. В петлице у него красовался цветок, похожий на громадный артишок. К колёсной мази он больше не прибегал, но явно пробовал расчесать волосы — из гривы торчали сломанные зубья гребня.
— Что ты мне хочешь показать? — опасливо спросил Гарри. Неужто драклы снесли яйцо или Огрид купил в трактире очередную трёхголовую собаку?
— Пошли, только не вылезай из-под плаща и ни гу-гу — понял? — велел Огрид. — Клыка не берём, ему это будет не по нраву...
— Слушай, Огрид, я долго не могу... Мне надо в замок к часу...
Но Огрид не слушал; он отворил дверь хижины и вышел в ночь.