Инструментом идеологии, инструментом завоевания превосходства, инструментом формирования ценностного аппарата. Несмотря на то что все развитые страны сейчас активно ковали «мечи», я не забывал, что в двадцатом столетии многие битвы развернутся отнюдь не на полях сражений. И что уничтожить любую, даже самую сильную и развитую державу можно, не только победив ее в войне. Обычную, «горячую», войну можно и не начинать. А вот в иной войне потери у державы будут совершенно реальные — и люди станут гибнуть, причем не меньше, чем в сражениях, и территории отторгаться, и промышленность будет разрушена похлеще, чем от ковровых бомбардировок.
— …Так вот, я предлагаю вам начать снимать фильмы по-новому не только технологически, но и… э-э… — Я запнулся, поскольку термин «идеологически» здесь и сейчас почти не использовался и потому был бы непонятен. Поэтому я заменил его на не слишком точный, но более понятный собеседникам: — И культурно. У нас с вами одна цель, даже если вы еще об этом не подозреваете.
— А как же мелодрамы? — испуганно пискнула юная Сашенька Гончарова.
Я усмехнулся:
— А с мелодрамами все будет как прежде. Даже лучше. Поскольку, после того как запустится предлагаемый мною проект в области проката фильмов, денег у вас прибавится.
Присутствующие мгновенно оживились. Это им было понятно, об этом они сами часто сокрушались.
— И что же это за проект, ваше высочество? — не выдержал Чардынин.[16]
— А вот скажите, господа, — усмехнулся я, — кого в нашей России-матушке более всего живет?
Присутствующие переглянулись, потом Ханжонков несколько недоуменно ответил:"
"— Ну как кого, ваше высочество, крестьян, конечно.
— А они фильмы смотрят?
— Ну… наверное… они же бывают в городе, и среди них встречаются довольно зажиточные, но… я не совсем понимаю, к чему вы…
— Во-от! — наставительно поднял я палец. — Семьдесят пять процентов населения — крестьяне, а синематограф не имеет с них почти ничего. Да и во многих провинциальных городах он покамест не представлен.