— Что вам нужно⁈ — спросил я, стараясь не повышать голос, чтобы казаться спокойным и уверенным.
Ответа не последовало. Качки всё так же переминались с ноги на ногу, а крикуны молча нарезали круги над кронами деревьев.
— Ой, да шли бы вы на хуй, — огрызнулся я и шагнул вперёд.
И каково же было моё удивление, когда стоящий передо мной качок вдруг сместился вправо, уступая мне путь. Я едва удержался от искушения, чтобы не перейти на бег. Проходя мимо, я был морально готов к нападению, но его так и не последовало.
Не знаю, чего они добивались своей выходкой, но мозги у меня чуть не вскипели, когда я об этом размышлял. Преследование прекратилось, даже летающие твари больше не появлялись над головой. И как это понимать? Они что, внезапно сломались? Или вдруг воспылали страстной любовью к человечеству? Что, мать их, произошло⁈ Они гнали меня по лесу все шестьдесят километров, при этом удачно завели в засаду, а потом просто взяли — и отпустили? Неужели хотели продемонстрировать свою крутость? Мол: видишь, как мы умеем? Больше к нам не лезь, ай-ай-ай…
Бред! Это скорее похоже на то, что они хотели сказать: мы не враги.
Внезапно, впереди что-то затрещало, заставляя меня вновь перейти на боевой режим. И речь вовсе не о костюме.
— Фух, успели, — выдохнул капитан. — Ну чего там?
— Это я у тебя хотел спросить. Ты же сказал, что вас окружают?
— Так и было. А затем они вдруг свалили без боя. Я думал, что это ты там диверсию устроил.
— Нет, — покачал головой я, — меня тоже выпустили без боя.
— Ох и не нравится мне всё это, — поморщился Коробков. — От всей это ситуации дерьмецом попахивает.