Холодная улыбка изредка касалась царских уст, покуда Иоанн наблюдал за своим краичим.
Под конец трапезы юноша занял место подле государя. Мария испила из кубка, пряча лукавую улыбку.
Едва в дверях заслышались спешные шаги. Фёдор тотчас оживился, обратив взор на вошедшего.
Холоп встал в дверях да упал в земном поклоне.
- Милостивый государь, не губи, но вели слово молвить, царь-батюшка! – взмолился пришлый мужик.
- Только ежели вести добрые, - тихо произнёс Иоанн, глядя на крестьянина.
Басманов поддался вперёд, готовый внимать.
- Нынче отец Филипп шлёт поклон свой, и велел ответ его передать, что примет чин митрополита, - доложил крестьянин.
Басманов поджал губы и перевёл взгляд на царя.
- Вот как? – с улыбкой произнёс Иоанн, поднимаясь из-за стола.
Фёдор откинулся назад на кресло, и следил за государем. Улыбка не успела исчезнуть с его уст, когда царь не глядя взял свой посох.
Басманов не успел ничего понять, как владыка с резким ударом свалил холопа наземь.
Фёдор едва не подставился под новый удар, обходя ко владыке. Опричник отпрянул назад, и когда Иоанн бросил на него свой взгляд, распалённой злостной ненавистью, несчастный холоп бежал прочь, держась за лицо, разбитое в кровь.
Царь швырнул посох наземь, упершись руками о стол, дыхание закипало лютой злобой.
Иоанн самозабвенно шептал глухие проклятья, как вдруг его прервало осторожное прикосновение к плечу. То был Басманов.
Юноша глядел в глаза Иоанна, поднося ему чашу с вином.
- То не стоит гнева вашего, мой царь, - произнёс опричник, пока владыка принял кубок из его рук.
Царь ухмыльнулся и выплеснул вино в лицо слуге, а кубок швырнул в стену.
- Не стоит, говоришь? – вопрошал владыка, с насмешкой глядя на опричника.
Фёдор кинул полотенце на пол, занимая место напротив владыки.
- Помнится, - произнёс Басманов, - вы хотели, чтобы Филипп стал митрополитом?
- Хотел? – переспросил Иоанн, будто бы и впрямь не расслышал. – Нет. Я отчаянно молил. На коленях.