А как это сделать, если все они умерли?
– Никак, – неуверенно отзываюсь я.
– Вот именно. Поэтому не волнуйся, Прим жива. Она же первая кандидатка на интервью, верно?
Я хочу ему верить. Очень хочу. Просто… эти голоса…
– Сначала Прим. Потом – твоя мама. Кузен. Подруга, – перечисляет Пит. – Китнисс, это была дурная шутка. Страшная. Но по-настоящему пострадать от нее можем только мы с тобой. Мы в Игре, а они – нет.
– Ты сам в это веришь? – спрашиваю я.
– Разумеется, – роняет напарник.
Впрочем, ведь он в состоянии убедить людей в чем угодно.
– А ты, Финник?
– Пожалуй. Не знаю, – пожимает плечами тот. – Скажи, Бити, это возможно сделать? Взять чей-то спокойный голос и превратить…
– Ну, конечно, – кивает тот. – Ничего сложного. Такая задачка по зубам даже младшему школьнику.
– Согласна с Питом, – бесстрастно вставляет Джоанна. – Зрители обожают маленькую сестренку Китнисс. Если б ее и в самом деле убили, все дистрикты поднялись бы на восстание.
От изумления у меня отвисает челюсть. Никто никогда не произносил таких слов на Голодных играх. Можно не сомневаться, этот фрагмент обязательно вырежут. Но я-то все слышала – и уже не сумею смотреть на девушку прежними глазами. Конечно, медалей за доброту ей не дождаться, а вот за храбрость… Или за безрассудство… А она поднимает несколько ракушек и скрывается в зарослях, бросив только:
– Я за водой.
Когда Джоанна проходит мимо, я безотчетно ловлю ее за руку.
– Не ходи. Эти птицы…
Должно быть, они попрятались. И все равно, не хочу туда никого пускать. Даже ее.
– Ну, мне-то на них наплевать. Я не то, что вы все. У меня не осталось любимых. – Джоанна с досадой выдергивает ладонь и уходит.
А когда возвращается, я принимаю из ее рук воду и молча киваю, зная, как бы ее взбесил мой сочувственный голос.
Пока девушка носит питье и собирает мои стрелы, Бити возится с проводом, а Финник идет купаться. Мне тоже не помешало бы привести себя в порядок, но я еще слишком потрясена, чтобы покинуть объятия Пита.
– Кого же они использовали против Одэйра? – тихо интересуется он.
– Какую-то Энни, – говорю я.
– Энни Кресту, наверное.
– Кто это?
– Мэгз вызвалась добровольцем вместо нее. Энни была победительницей пять лет назад, – поясняет напарник.