Не то чтобы я раньше не видела то, насколько пафосно он выглядит на важных событиях, но теперь я окончательно убедилась в том, что у него, наверное, одежды было больше, чем у кого-либо в деревне.
И, что самое смешное, он ведь даже не привез все это из нашей родной деревни! То есть этот бородатый мужик, почти доживший до золотого возраста, вместе с зерном притащил из Скагена целую гору различного шмотья разной степени вычурности. Иными словами, Хьялдур, несмотря на ситуацию, ездил в город на шопинг.
— Не подумай, я ведь для всех это все привез… — пробурчал он себе под нос, завязывая на мне яркий красный пояс в тугой узел.
Наверное, будь у нас более развитое общество, Хьялдур мог бы стать прекрасным модным дизайнером. Может быть, это, конечно, общая черта всех друидов, поскольку им по статусу положено выглядеть внушительно, но у него определенно был вкус.
Конечным вариантом моего сегодняшнего наряда стало длинное белое платье без узоров, поверх которого также был длинный черный халат без рукавов. А под капюшон друида Хьялдур напялил на меня странный головной убор, представляющий из себя налобную повязку с лентами, спадающими на лицо словно длинная челка.
— Так… Прекрасно! — довольный проделанной работой, он теперь осматривал меня со всех сторон. — И последний штрих.
— Еще что-то? — устало вздохнула я.
— Конечно, ты же друид! Я не могу нанести узоры тебе под кожу, но хотя бы нарисую их на твоем лице углем.
Я нехотя согласилась, лишь бы Хьялдур поскорее от меня отвязался. Если так подумать, то я действительно мало была похожа на друида — лицо учителя было покрыто странными узорами, складывающимися в реки слез, стекающие по его щекам, а на лбу, обычно незаметный под длинными волосами, красовался узор, складывающийся в нечто вроде крапивного венка.
Сперва я хотела расспросить у него о значении этих татуировок, но затем поняла, что и так потратила здесь слишком много времени, и все дальнейшие разговоры будут только отвлекать меня от моих дел.
— Давай скорее, Хьялдур. Мне еще нужно сходить на берег.
— Куда это? Ты никуда не пойдешь! — воскликнул он. — До начала праздника сиди здесь. Тебя не должны видеть, если ты хочешь произвести на них впечатление.
Я отчаянно простонала, закатывая глаза и при этом понимая, что он в общем и целом прав. Мне предстояло самое настоящее представление, и нужно было использовать все представившиеся возможности по максимуму.
Хьялдур тем временем принес с улицы кусочек угля и убрал с моего лица ""челку"" из ленточек.