Морщинистое лицо пожилой француженки, открывшей дверь, расплылось в улыбке, когда она увидела, кто пришел.
– Доброе утро, мсье.
– Доброе утро, Элиза, – сказал Рауль.
Он прошел в переднюю, на ходу, как всегда, снимая перчатки.
– Мадам меня ждет? – спросил он, обернувшись.
– О да, конечно, мсье.
Элиза закрыла дверь и повернулась к нему.
– Если мсье пройдет в маленькую гостиную, мадам через несколько минут выйдет к нему. Она сейчас отдыхает.
Рауль внимательно на нее посмотрел:
– Она нездорова?
– Здорова! – фыркнула Элиза, прошла вперед и открыла дверь в маленькую гостиную.
– Здорова! – продолжала она. – Как быть здоровой бедной овечке? Спиритические сеансы, сеансы, все время одни сеансы! Это нехорошо, неестественно, разве для этого нас предназначил добрый наш Господь? По мне, скажу напрямик, – это самое настоящее общение с дьяволом.
Рауль успокаивающе похлопал ее по плечу.
– Ну, полно, полно, Элиза, – мягко сказал он, – не волнуйтесь и не старайтесь увидеть дьявола в том, чего вы просто не понимаете.
Элиза с сомнением покачала головой.
– Ну, ладно, – проворчала она тихо, – мсье может говорить что угодно, но мне все это не нравится. Вы только посмотрите на мадам – с каждым днем она становится все более худой и бледной, и эти головные боли!
Она воздела руки.
– Ах, как это нехорошо – общаться с душами. Тоже мне души. Все порядочные души находятся в раю, а остальные в чистилище.
– Вы до смешного упрощенно смотрите на загробную жизнь, Элиза, – сказал Рауль, опускаясь в кресло.
Старая женщина с гордостью произнесла:
– Я добрая католичка, мсье.
Она перекрестилась и направилась к двери. Здесь она помедлила, взявшись за ручку.
– После вашей женитьбы, мсье, – сказала она умоляющим голосом, – надеюсь, вы не станете все это продолжать?
Рауль дружелюбно ей улыбнулся:
– Вы глубоко верующее существо, Элиза, и так преданы своей хозяйке. Не бойтесь, сразу же, как только она станет моей женой, со всем этим «духовным бизнесом» будет покончено.
Элиза улыбнулась.
– Это правда? – спросила она страстно.
Рауль серьезно кивнул.
– Да, – сказал он скорее самому себе, чем ей. – Да, все это должно кончиться. Симона обладает чудесным даром, и она щедро им делилась, но теперь она свою миссию выполнила. И как вы только что справедливо заметили, с каждым днем она становится все бледнее, все больше худеет.