Подобные удары судьбы выдержит не каждый джентльмен, а вы молодая девушка. Таким образом, мне вполне очевидны причины, по которым вы были откровенны с лордом Арнелом. Также я догадываюсь, что узнавший о ваших планах мэр Вэстернадана совершил абсолютно все, допустимое или даже недопустимое, чтобы заставить вас отказаться от идеи брака с лордом Горданом.
Я замерла, в смятении осознавая все, что только что услышала.
Между тем миссис Макстон продолжила:
– Совершенно очевидно, что ныне вы смущены, негодуете, по-видимому, на саму себя и едва ли можете смотреть мне в глаза… Но, мисс Ваерти, постарайтесь подумать вот о чем: лорд Арнел, узнав о вашей решимости стать супругой лорда Гордана, был готов на все, кроме разрушения города, конечно, чтобы заставить вас передумать.
Увы, тут я была вынуждена сообщить:
– До разрушений также дошло – он сжег мэрию Рейнхолла.
– Что?!
От потрясения домоправительница едва не обронила свой ридикюль, но успела подхватить истертый временем неотъемлемый предмет своего гардероба и водрузить его на сиденье рядом.
С возмущенным вздохом миссис Макстон поинтересовалась:
– Почему именно Рейнхолл?
– А вы полагаете, нас с лордом Горданом кто-либо расписал бы в мэрии Вестернадана? – печально спросила я.
– Да, тут вы правы.
И после, воззрившись на меня, почтенная женщина произнесла:
– Но я не могу понять, за что же вы столь сурово корите себя?
Молча опустила взгляд.
Моя проницательная домоправительница, отринув присущую ей деликатность, мрачно произнесла:
– По-видимому, что бы он ни заставил вас совершить, своей цели этот проклятый дракон добился – вам откровенно совестно смотреть мне в глаза.
Моя опущенная голова опустилась еще ниже, стыд жег неимоверно, и я поистине ощущала себя той самой пресловутой падшей женщиной.