Усмехнувшись, лорд Гордан успокаивающе спросил:
– А чего бы желали вы, Анабель?
О, чего бы желала я? Пройдясь вдоль стеллажей, я посмотрела на архивные папки, каждую из которых планировала изучить досконально, затем, развернувшись к дракону, озвучила собственные планы:"
"– Власть Карио базируется на преданности ему кланов оборотней. Но ни один оборотень никак и ничем никогда не оправдает убийство дочери. Мы можем не предавать огласке тот факт, что герцог стал Зверем, достаточно лишь информации о том, что он убил Елизавету, и власть Коршуна Карио пошатнется столь существенно, что прежние позиции он уже никогда не сумеет занять.
– А вам не кажется, что его проще все же устранить? – поинтересовался младший следователь.
– Нет! – воскликнула я. – Мне так не кажется. По той причине, что в этом случае будет устранен лишь один герцог Карио, но он ведь не действовал в одиночестве, Себастиан.
На сей раз Гордан молчал, лишь внимательно глядя на меня.
– Далее, – продолжила все так же воинственно и возмущенно, – я не собираюсь оставлять безнаказанными такие преступления, как кража детей, и судебное дело не коснется лишь одной Беллатрикс Стентон-Арнел! Я знаю, что леди, занимавшихся торговлей детьми, было гораздо больше, и менее всего я желаю, чтобы они остались на свободе, не понеся никакой кары за искалеченные судьбы. А потому я планирую продолжать свое расследование и уверена, что сумею не только довести это дело до суда, но и придать широкой огласке.
Полицейский выслушал меня, но затем задал всего один вопрос:
– Зачем это вам?
И… это стало тем самым, что окончательно обрушилось на меня же страшным осознанием причин, подлинно побудивших меня к столь решительным действиям:
– Себастиан, леди Вестернадана пользуются уважением, где-то даже поклонением и преклонением.