Железнодорожная ветка действительно была цела и два раза проверена нашей инженерной разведкой. Расположение батарей противника и ориентиры для стрельбы изучены. Осталось только прийти и победить…
…Мы вляпались в ловушку всеми колесами…
На этот раз минные закладки под ж/д полотном были сделаны очень хитро и остались необнаруженными вплоть до самого момента подрыва. И подловили нас на широкой нейтральной полосе. В трех километрах от позиций наших войск.
Первая мина рванула непосредственно под составом — аккурат под вторым паровозом.
Тут же стало понятно — ждали именно нас — бронепоезд подвергся артиллерийскому обстрелу из засады. По счастью, противник не стал ставить в засаду тяжелые орудия — их довольно трудно замаскировать. Решили, что нам хватит десятка полевушек. Настоящей толщины брони англичане не знали — мощный и неожиданный обстрел не нанес «Железняку» фатальных повреждений — обошлось без пробитий.
Я скомандовал покинуть и отцепить сошедшие с рельсов вагоны. Почему не сработал открывающий механизм автосцепки, было непонятно, но времени на выяснение не было. Под огнем противника мои бойцы с помощью ломов, кувалд и чьей-то, ведущей разгульный образ жизни, матери отцепили задние вагоны и второй паровоз.
«Железняк» дернулся вперед, но тут рванула вторая мина — прямо под передней контрольной платформой. Скорость мы набрать еще не успели, поэтому бронепоезд с рельсов не сошел, только головная платформа. Но положение я оценил как критическое. Рано или поздно, но неподвижную мишень, в которую мы превратились, разнесут артиллерией. Или подкрадутся и взорвут динамитом. Или пустят нам в лоб паровоз-брандер.
Я быстро нацарапал в блокноте: «Попали в засаду. Потеряли ход. Подвергаемся обстрелу. Выручайте!» Подозвав двух бойцов, вручил им записку и велел любой ценой добраться до наших. А сам начал организовывать оборону из подручных средств.