Познакомившись с вышколенной, дисциплинированной и отменно подготовленной армией Британской империи и сравнив ее с русскими частями, состоящими из малограмотных солдат, которые могли не то что открыто не выполнять приказы командующего, а и поднять на штыки собственных офицеров, лорд Валлентайн пришел к выводу, что сражение этих двух армий будет поединком рапиры и дубины."
"Именно сейчас свежие британские войска могут изменить ход всей кампании. Если еще поднажать на группу Столетова, то она может покатиться назад.
Тогда группа Алахазова окажется под угрозой нападения с тыла и тоже будет принуждена отойти. А это означает, что матрикант опять не смог взять Санкт-Петербург, и в этом году, скорее всего, уже не сможет. Несмотря на все свои технические новинки. А вот он, российский регент, наоборот, получает вполне реальные шансы взять Москву, и тогда великий князь Владимир Александрович покажет, на что способен истинный представитель дома Романовых, борющийся за восстановление Православия и Самодержавности на Святой Руси…
Валлентайна прошиб холодный пот.
То, о чем он только что подумал, было отнюдь не насмешкой. Наоборот, эти мысли были его собственными! Боже! Боже! Ведь он же не только не Романов, но даже и не русский! Но почему тогда ему все чаще и чаще снятся по ночам какие-то странные пейзажи с раскрашенными русскими церквями, почему он то и дело забывает долить молоко в чай, почему, наконец, он все чаще и чаще в разговоре с британцами думает по-русски и лишь переводит свои мысли на английский?! Он что — становится русским?!!
Рассказывает императрица Татьяна
(Моретта)
Вот уже четвертый день она не находила себе места.
Это было ужасно: каждый день ждать известий с фронта, понимая, что ее, словно маленькую девочку, оберегают от правды. Вчера Ники как обычно прислал ей телеграмму, в которой сообщал, что у него все нормально, что он по-прежнему любит ее, ждет скорой встречи… И больше ничего! Только через три часа от своей старшей статс-дамы Анны Карловны Энгельман она узнала, что дрянные англичане (подданные ее бабушки — этой грязной, толстой, отвратительной Виктории! Какое счастье, что теперь она больше не носит этого омерзительного имени!) подло подкрались к штабному поезду Ники и хотели убить ее любимого и всех его офицеров.
