Поэтому в должности председателя там должен быть проводник твоей воли — хороший исполнитель без самодеятельности. Этакий интерфейс без искажений. Я думаю, ты такого легко найдешь. А я, если ты не возражаешь, продолжил бы заниматься Транссибом там, на месте.
Николай внимательно посмотрел мне в глаза и поднял свой фужер.
— Ну хорошо. Я введу должность наместника по Сибири и Дальнему Востоку. Делай инфраструктуру и строй там «общество будущего». Тем более оттуда народ ссылать некуда, — улыбнулся Николай, пригубив коньяк.
— На Лене не получится. Там Новосибирск, то бишь Новониколаевск, строить нужно — на пересечении Оби Транссибом. Кстати, о Ленинграде. После переноса столицы в Питере наверняка возникнет интеллигентско-дворянская фронда. Там будут концентрироваться все тобой недовольные.
— Вот и хорошо — пусть концентрируются: профилактировать легче будет. А в Питере, Григорий Васильевич, у нас будет культурная столица России — вот так оригинальненько… Я там оставил Российскую академию наук, из Эрмитажа первый государственный публичный музей сделаем… Как-то так.
— Спасибо, Ники! — совершенно искренне сказал я.
Когда встреча завершилась, провожая меня в дверях, император сказал:"
"— А Новосибирск мы не Новониколаевском назовем. Построй там настоящую столицу Сибири, не хуже Ленинграда. И мы назовем ее Романов-на-Оби.
Я уезжал в Омск со смешанным чувством. Олег — молодец, и есть в нем что-то от того, настоящего, главного «хозяина», о котором даже в его времена вспоминали со смесью почтения и страха.
Рассказывает Олег Таругин
Он же — император Николай Второй
Сегодня первое в мое царствование заседание Государственного совета.
Я прохожу мимо Чудова монастыря. Занятно все же разглядывать строения, не дошедшие до нас «в той, другой жизни». Монастырь интересный. По сути, это один большой дом со встроенными церквями, здорово отличающийся по внешнему виду от привычных нам монастырей — эдаких пограничных крепостей-застав…
А ведь это будет единственный монастырь на территории Кремля.