Удивительно, но один из пострадавших, самый храбрый, додумался на Ульянова жалобу в деканат подать. Дурака выперли из университета с формулировкой: за клинический идиотизм.
Сейчас Сашку заменяют сразу два человека — Тихон Петрович Скобин, пожилой дядька в слишком маленьком для его возраста чине титулярного советника, опытнейший зубр делопроизводства, и дружинник моей стальградской «банды» Коля Воробьев, бывший бродяжка, а после снайпер-дальнобойщик экстра-класса, заваливший с расстояния в полверсты самого узурпатора.
— Еженедельный отчет о работе государственного консорциума «Кораблестроитель», — докладывает Скобин, подавая тоненькую картонную папку.
— Доложите кратко, Тихон Петрович! — устало прошу я. И без того кучу бумаг с утра перелопатил. — Надеюсь, реструктуризация и модернизация идут по плану?
— Точно так-с! — степенно отвечает помощник. — Графики поставок нового оборудования на казенные верфи не сорваны, как в прошлый раз. Новый начальник верфей Галерного островка сообщает о законченном ремонте основных стапелей и строительстве новых.
— Ну, с ремонтом они затянули, хотя это старый начальник был виноват, — вспоминаю я. Месяц назад в срочном порядке пришлось выпинывать на пенсию заслуженного деятеля кораблестроительной промышленности адмирала Ракова.
— Восьмидесятипроцентная готовность! — не заглядывая в отчет, докладывает Скобин.
— Хорошо, если так! Хоть что-то радует! — без улыбки говорю я. — И еще… Тихон Петрович, уточните на Галерном островке — как у них с размещением новоприбывших рабочих из Стальграда!
— Понимаю-с, — кивает помощник.
Консорциум «Кораблестроитель» — еще одна моя головная боль. Помнится, этот хомут Олегыч с Серегой Платовым хотели взвалить на меня еще в прошлом году. Император тогда меня «спас» — послал сына Коленьку и братца Лешеньку по известному адресу. Но вот не стало Александра Третьего — и мне прибавилось забот.