Господин из завтра. Тетралогия

Ко всем прочим проблемам еще и отечественное кораблестроение поднимать.

— А как успехи в Николаеве? Напомните!

— Там работы ведутся с опережением графика-с. Сорокапроцентная готовность сооружений! — по памяти ответил Скобин. — Ну, так они и начали с чистого листа-с! Однако Варварин доложил на прошлой неделе, что стапеля будут готовы к закладке кораблей уже в июне-с."

"— Да, это хорошо! — резюмирую я. Моисей Варварин — инженер Стальградской верфи, отправленный в Николаев «на усиление». Талантливым администратором оказался мужик — я от него подобной прыти не ожидал, рассчитывал, что стапели построят к осени.

Надо будет его чем-нибудь наградить — «Анну», что ли, на шею повесить?

После Скобина заходит Коля Воробьев, неся в руках изящную кожаную папочку с каким-то золотым тиснением и чьими-то вензелями. Любит паренек мишуру — это у него так беспризорное детство сказывается.

— Тут это… Александр Михалыч, то дело, что вы мне вчера поручили… — издалека начал Воробей. Да, ораторское искусство — не его конек. — В общем… вот!

Он извлекает на свет божий несколько сплошь исписанных цифрами листов бумаги.

Старательно разложив их передо мной на столе, Коля с гордым видом отходит на пару шагов, окидывая взглядом получившийся натюрморт.

— Воробей, твою мать, это что?! — хриплю я. Сил нет даже на мат. — Объясни нормальным языком! Или ты решил, что я Лобачевский?

— Дык… хозяин, это… того… — мямлит Коля, но под моим взглядом вытягивается в струнку и четко рапортует: — Расчет потребности в квалифицированных кадрах, технике, оснастке, материалах и времени на реализацию проекта «Бешеный пес».

— Так-так… — озадаченно качаю головой. Верно, сам вчера поручил Воробьеву рассчитать все вышеперечисленное. Только не ожидал, что он за сутки управится. Проект «Бешеный пес» — это строительство боевого корабля нового типа. По технологии, уже обкатанной на речных пароходиках, — шаблонно-плазовым методом. — Ты, Воробей, конечно, мастер вычитать, делить, умножать и складывать, но вот оформляешь свои выводы просто отвратительно! Ну и где у тебя итоговые цифры?

Коля, потупившись, ткнул пальцем с въевшейся под ногтем оружейной смазкой в обведенные квадратиками числа.

— Это в каких единицах измерения? В ньютон-метрах али тройских унциях? — продолжаю издеваться.

— В человеко-часах! — на мгновение закатив глаза от моей тупости, ответил Николай.

— Четыреста тридцать пять тысяч человеко-часов на один корабль?

Воробьев кивнул.

— Переведи попонятней! — неопределенно потребовал я.