Вдруг она все еще у Лисовского, и у нее сейчас тоже, нет возможности вырваться? Она только хотела открыть рот, как прозвенел телефон блондина, посмотрев на номер, он нахмурился, и тут же взяв его, вышел из комнаты.
Геля медленно выдохнула сквозь стиснутые зубы. Видимо само провидение отталкивает ее от разговора с блондином.
Да и сомневалась она, что он скажет ей правду.
Через несколько минут, Михен вошел в комнату с озабоченным видом, и быстро пройдя к столу, начал торопливо складывать ноутбук в сумку.
Геля сама того не осознавая ощутила легкую тревогу.
Он уже подошел к двери, как неожиданно резко обернулся и посмотрел на Гелю.
– Мне нужно будет уехать по делам, скорее всего на пару дней, это очень срочно, Гель. Приезжает мой дед, мне нужно будет устроить ему встречу по бизнесу, это очень важно. Но я постараюсь, как можно быстрее освободиться, и возможно даже забегу, чтобы ты смогла пообщаться с Ингой.
Геля даже рот приоткрыла от удивления, она и не знала, что он будет перед ней отчитываться, а Михен быстро подошел к кровати, и, нагнувшись, нежно поцеловал ее в щеку и прошептал, прямо в губы:
– Не скучай.
Геле показалось, что этот легкий поцелуй обжег ее щеку, и ударил в мозг с такой силой, что его напрочь встряхнул, и вместо того, чтобы почувствовать омерзение, она ощутила возбуждение.
Дверь хлопнула, Михен ушел, а Геля еще долго пыталась стереть со своего лица, печать, оставленную мужчиной.
"Геля настолько накрутила себя, что в итоге возбуждение переросло в сильное раздражение, и даже злость на саму себя и свои дурацкие чувства, и, не выдержав, она позорно разрыдалась, накрыв лицо подушкой.
Пять дней она не позволяла себе расслабляться, пять дней она заставляла себя быть начеку.