Лика сидит на корточках на обочине, закрыв лицо руками. Сажусь рядом и протягиваю ей салфетки.
– Почему так, Тимур? – вдруг спрашивает она, поднимая на меня красные глаза.
– Ну, – улыбаюсь я. – Пить надо меньше.
– Я не об этом, – шмыгает носом и отворачивается.
Ну, ясно.
Сам беру салфетку и вытираю ее лицо.
– Все? Поехали? – спрашиваю, поправляя волосы.
Молча кивает и встает. Но шатается. Беру ее на руки и несу в машину.
– Куда ты везешь меня? – спрашивает спустя несколько минут.
– Домой.
– Пусть, – бурчит себе под нос.
Поворачиваюсь и смотрю на унылую Лику. Забавная.
– Не к тебе домой, не переживай, – усмехаюсь.
– А куда?
– К себе. Жаль мне твоих родителей – такое показывать. Они же, наверное, и не подозревают, какая у них дочка оторва.
– Хватит, – просит тихо. – Я не поеду к тебе. Отвези меня… в гостиницу.
– Поздно. Уже приехали, – паркуюсь возле своего дома и глушу мотор.
Глава 22
Тимур
– Сама сможешь идти? – спрашиваю Лику, обходя машину и открывая дверь с ее стороны.
Она лишь кивает. И правда сама пытается выбраться из машины. И не может. Тяжело вздыхает.
Тогда я беру ее на руки, ногой захлопываю дверь и несу к себе.
Чувствую дрожь ее тела.
– Тебе холодно? – спрашиваю, аккуратно кладя ее на кровать.
– Нет. Мне плохо, Тимур, – говорит она и я по голосу слышу, что она готова расплакаться.
– Пить надо меньше, Лика, – усмехаюсь я. – Если бы я знал, что ты так напьешься, никогда бы не повез тебя в клуб.
– Дело не в этом, – ложится на кровать и отворачивается от меня на бок.
Я ложусь рядом и обнимаю ее. Кладу голову ей на плечо.
– Давай я успокою тебя, – шепчу ей на ухо и руками обхватываю хрупкое тело.
Сдавливаю его. Она так близко. Опять.
Лика в моей постели. Как долго я мечтал об этом. Видел это в своих снах. А потом просыпался. Один. Без нее.
Ее бедра прижимаются к моему уже возбужденному члену. Я инстинктивно толкаюсь им.
– Не надо, Тимур, – слышу слабое.
– Лика, – шепчу как в тумане.
Веду руку вверх и пальцами проникаю под ткань сверху.
Указательным пальцем провожу по нему.
– Ах, – выдыхает тяжело Лика.
– Девочка моя, – губами касаюсь шеи.
Провожу языком по тонкой венке, что так быстро стучит сейчас.
– Тимур, – хнычет Лика. – Я не хочу…
Но я не слышу ее. Вернее, слышу, но не воспринимаю ее слова.
У меня в мозгу стучит только одна мысль – сделать ее своей. Наконец-то, трахнуть ее. Отыметь так, чтобы забыть все годы ожидания.