Уже через пару секунд я слышу чужой диалог:
— Валера, в доме авария. Нужно срочно перекрыть воду.
— Дежурный охранник сейчас в сквере за домом. Там детская площадка.
— Понял. Этого не трогать. Вышли кого-нибудь другого. Сними с ближайшего объекта."
"— Сейчас отправлю. Минут через двадцать будет.
— Нужно быстрее!
— Час пик. Быстрее только на вертушке. Но там негде сесть.
— Тогда отбой!
Клим снова возвращается ко мне:
— Диана, ничего не трогай!.
— Ты должен знать, фонтан — это не все. — Голос дрожит.
Ожог и ужас из-за возвращения Евы соединяются в такой болезненный коктейль, что не могу сдерживаться.
— Разберемся. Жди!
В динамике какой-то шум. Затем раздается хлопок двери и короткое «дзинь», вероятно лифта.
— Ты кого-то выслал? — Почему-то даже спрашивать страшно.
Клим Хаванский — последний человек на земле, который сейчас нужен мне рядом. Однако у вселенной свои планы.
— Да. Я выезжаю.
______
* Главный фонтан Петергофа с водяным столбом в двадцать метров.
Глава 30
Глава 30
К приезду Клима я успеваю взять себя в руки и даже нахожу в аптечке спрей от ожогов.
К сожалению, гордость за то, что я не скатилась до образа плаксивой дуры, живет недолго. Стоит Климу переступить порог, атмосфера в доме мгновенно меняется.
Не слушая никакие «Всё в порядке» и «Лучше разберись с фонтаном», этот упрямый мужчина осматривает мое лицо, руки и ноги. Тихо матерится, заметив ожог. Затем достает из кармана небольшую коробку с полосками аквагеля и аккуратно, с мастерством опытного медбрата фиксирует их на ладони.
В другой ситуации я бы послала Хаванского подальше, — не нужна мне никакая помощь, особенно от него, — но сейчас становится так хорошо, что чуть не плачу от облегчения.
— Ничего опасного не было. Я бы справилась, — смущенно шепчу, осматривая свою руку.
— В аптеке сказали, что это точно поможет. Не понадобится никакое обезболивающее, и заживет быстрее.
Клим перекрывает воду и вынимает из моего пакета упаковку многоразовых салфеток.
— Ты еще и фармацевта успел допросить?
— Горячий Самсон, — невесело хмыкает Клим, скидывая пиджак. — Ты предупредила.
Он закатывает рукава и, словно совсем не чувствует боли от горячей воды, начинает разбираться с потопом.
— Это не самое страшное.
Дико смотреть на Хаванского в дорогих брюках, рубашке и с тряпкой в руках. Это что-то противоестественное.