Размышляю позже, раскладывая ее игрушки, пока Ника с отцом строят из кубиков замок.
Спасение от мыслей, как всегда, удается найти лишь в работе. К трем Клима сменяет Катя, и я тут же еду в офис завершать оставшиеся дела.
Словно о чем-то догадываются, подчиненные сворачивают в мою сторону шеи, а Алексей вдруг забывает, кто ему недавно звонил и что нужно было со мной согласовать.
Очень необычная реакция. С непривычки проверяю, застегнуты ли пуговицы на платье, не порвались ли чулки и как там дела с макияжем.
После такой встречи я невольно жду какую-нибудь неприятность, пока в приемной не сталкиваюсь с Германом.
— Привет. — Его взгляд скользит по моей фигуре, и уголки губ опускаются вниз.
В ответ так и хочется спросить: неужели так видно, чем я занималась последние два часа? Но вместо этого указываю на дверь кабинета и роняю такое же бесцветное «Привет».
— Значит, вы снова вместе? — первое, что произносит Герман, когда остаемся наедине.
— Ты поэтому приехал? — Я тоже изучаю его лицо.
Что-то не так. Слишком много синевы под глазами, свежая ссадина на скуле, и тень, подозрительно похожая на синяк, справа на подбородке.
Тут же всплывают в памяти пара красноватых отметин на теле Клима и слова о «железных кулаках».
— Проклятие! Вы что, подрались?!
Так и не дождавшись ответа, срываюсь со своего места и иду к Герману. Внимательно осматриваю лицо, заставляю повернуть голову, чтобы рассмотреть «красоту» на подбородке.
— Я давно хотел начистить фейс этому... кхм... — Друг откашливается, будто подавился каким-то словом. — Хаванскому.
— И когда подвернулся случай, ты не смог удержаться? — с мучительным стоном произношу свою догадку.
— По всей видимости, ему пошло на пользу, — как обычно, темнит Герман.
— А тебе?
Никогда не видела на друге боевые отметины. Для меня он всегда был последним интеллигентом Северной столицы. Единственным человеком, который любой драке предпочтет интеллектуальный поединок.
— Не беспокойся. Твоему Хаванскому досталось не меньше.
— А поговорить... Разобраться! Нет? — Опускаюсь в ближайшее гостевое кресло. — Совсем нельзя было?
— Не всегда у вербального способа общения есть хоть какой-то результат. Иногда эффективнее задействовать крупную моторику.
— А если без занудства?
Несмотря на серьезность ситуации, становится смешно.