Пока!
Наскоро, стараясь не встречаться с ним глазами, я пожимаю ему руку и встаю.
– Еще раз спасибо, Фикси! – говорит Себ, и я бормочу в ответ что-то невразумительное.
– Да, большое спасибо! – подхватывает Бриони своим звучным, уверенным голосом. Сейчас это даже не Телеведущая, а целая Герцогиня. – Мы оба безмерно благодарны. Давайте я вас провожу.
Можно подумать, что это ее палата, больница и вообще все на свете.
Мы идем к дверям палаты.
– Мы очень признательны, – повторяет Бриони.
– Не за что, – мямлю я.
У дверей она замечает собачек на моем платье.
– Это Аура Фортуна? – любопытствует она.
– Что? – озадаченно переспрашиваю я.
– Фирменный рисунок! – объясняет Бриони, как будто это что-то очевидное. – Только… На собачках ведь должны быть шляпки? – Она внимательнее приглядывается к ткани. – Погодите. Это что, подделка?
– Э-э… Не знаю. – Я в замешательстве. Впервые слышу о какой-то Ауре Фортуне! И о фирменном рисунке. – Мне просто собачки понравились!
– Ясно, – жалостливым тоном произносит Бриони.
Ее слова прозвучали словно оплеуха. Я теряю дар речи.
– Конечно… – наконец выдавливаю я. – Что ж. Приятно было познакомиться.
– Взаимно. – Бриони сжимает обе мои руки с широкой улыбкой, яснее слов говорящей: проваливай и впредь держись подальше. – Как я уже сказала, спасибо. Вы проделали отличную работу, и мы вам очень признательны.
Я еду в лифте, чувствуя, как мое лицо пылает от обиды. Но, выбравшись на морозный воздух, думаю, что это в чем-то даже забавно.
В каком-то смысле.
Надо на все смотреть с юмором, иначе… Иначе так и погрязну в мрачных раздумьях, зачем ему сдалась эта узколобая, и что он в ней нашел, и как можно быть такой хамкой…
Вот я в мрачных раздумьях и погрязла. Кончай, Фикси.
Тут я вспоминаю кое-что и вытаскиваю кофейную манжету. Знаю, что это просто игра и расписки ничего не значат, но мне нужно знать, что он там написал. Я стою посреди улицы, выдыхаю пар на морозе и читаю выведенные его рукой слова:
Ты спасла мне жизнь, Фикси.
И его подпись внизу.
Я дважды перечитываю эти слова, слышу его голос, вижу открытую теплую улыбку. У меня щиплет в глазах. И тогда я убираю манжету в сумку, резко встряхиваю головой и шагаю по тротуару дальше. Довольно. Все это бред, и Себа надо выкинуть из головы.
Глава шестнадцатая
Я так и делаю. Выбрасываю Себа из головы. По крайней мере, на бо́льшую часть времени.