Но Ирина не стала рассказывать Забела про письмо от Виленского и загадочно улыбаясь сказала:
— Просто поверьте, граф, я точно знаю.
После Ирина пошла будить Сашу, но оказалось, что того уже разбудили мальчишки и утащили на «спортивную площадку», где под руководством Никодима каждое утро, как только потеплело, делали разные упражнения.
Ирина вышла на улицу и уже издалека услышала весёлый детский смех, смеялись и братья и звонким колокольчиком раздавался смех Танюши.
Подойдя ближе, Ирина увидела, что мальчишки по очереди пытаются взобраться на канат, подвешенный у «шведской стенки».
— Какой же он всё-таки худенький, — подумала Ирина, — ну да ничего, Пелагея его быстро откормит, а Никодим, братья и свежий воздух, сделают из него крепкого мальчика.
— Пойдемте уже завтракать, — крикнула Ирина.
Увидев маму, Саша спрыгнул с каната и уже собирался побежать, но потом замер и оглянулся на Никодима. Тот одобрительно улыбнулся и кивнул. Саша рванул и уже через секунду врезался прямо в Ирину:
— Мама, ты видела? Там, там канаты, я тоже смогу как Дима и Ваня
Ирине понравилось, что мальчик не зажимался, не пытался продумывать каждое слово, а говорил так как и должен был говорить семилетний ребёнок. И эта трансформация произошла всего за одно утро!
— Хочешь после завтрака поедем посмотреть как храм строят? — Ирина решила, что Саше будет жаль расставаться с мамой, а дела не стояли на месте, сегодня надо было обязательно проехаться и до храма и поместья Картузова.
— Ну вот, — Димка с Ванькой тут же решили обидеться. Нас не берут…
— Так у вас же занятия, — Ирине стало смешно, — но вы можете спросить у Леонида Александровича и если отец вас отпустит, то я вас тоже возьму.
"Ирина подумала, что хорошо, что Глаша увела Танюшу переодеваться к завтраку, а то бы пришлось ей сегодня ездить по делам в большой компании.
* * *Стены храма уже «выросли» в три человеческих роста. Это смотрелось как какое-то волшебство, но как оказалось, основным в скорости строительства были… «белые камни».