Накануне вечером прибыла дипломатическая почта из Стоглавой, с которой Уитворт передал этот камень, и письмо, в котором написано, что камень этот искусственного происхождения, делают его в Никольском уезде.
На этом месте премьер-министр отвлёкся и понял, что каждый раз он слышит про этот Никольский уезд. И что там за аномалия такая!
Камень и вправду был очень странный, тяжёлый, да ещё из него виднелись железные то ли крюки, то ли края палок. Ещё перед Гладстоном лежало письмо. К письму был приложен рисунок необычного инструмента, утверждалось, что это называется «плуг» и им можно распахивать даже влажную землю.
Что-то происходит в этой Стоглавой, вот и маркиз Уэлсли вернулся ни с чем, рассказывает какие-то сказки о всемогущей женщине, которая всё это и придумывает, и о том, что надо непременно эту женщину заполучить.
Итак, — подумал про себя Гладстон, — что мы имеем, и в том, и в другом случае всё упирается в женщину. Убивать нам её не выгодно, это мы всегда успеем сделать, нам нужно её заполучить. И уж если у Уэлсли не получилось это сделать «мирным путём», значит будем искать другие.
И это ещё на стол к премьер-министру не попали образы косметического мыла, которых было мало и «осели», можно даже сказать «случайно», в дипломатическом отделе.
Генерал Лэмсден, глава тайной службы Бротты, получил новое задание. Ему не ограничили время, но задание было сложным и сделать его надо было таким образом, чтобы никто не мог и подумать на Бротту, пусть лучше думают на Понзское княжество, им не впервой за других «отдуваться»
Глава 26
Утро снова началось на «спортивной площадке».
Ирина решила не мешать мужчинам развлекаться и пошла пока к Павлу в мастерскую. Обещала же Назару шприц, надо делать.
Павел уже был весь в работе, увидел Ирину, обрадовался.