Будто опасался, что этот хали Умар может быть для меня опасен, если догадается, кто я такая и что меня связывает с принцем Босварии на самом деле. Или не сам толстяк, а его «покровитель».
Интересно, кто он вообще? Уж не будущий ли мой свёкор? Скажет ли мне Азим правду?
Проходит, наверное, минут двадцать, и я вдруг начинаю различать позади цокот копыт. Всё ближе и ближе. Кто-то нас догоняет. На душе становится слегка тревожно. Всё-таки ночь, пустыня, нигде никого... Но Самад с Эльчином никак не реагируют. Неужели не слышат? Может это Азим?
Не в силах справиться с беспокойством, я оглядываюсь назад.
Ночь выдалась безоблачной, на звёздном небе во всю светит прибывающая луна, но всадник, который во весь опор мчится за нами, всё равно выглядит тёмным силуэтом на дороге. Жутенько.
- Не бойтесь, это его высочество, - замечает мои телодвижения Самад.
И действительно, спустя ещё несколько минут, рядом оказывается Азим на своём Тумане. А ещё спустя миг, меня внезапно выхватывают из седла и перетаскивают к себе на колени.
Ошарашенно застонав, я сначала хватаюсь за его плечи. То ли, чтобы удержаться, то ли, чтобы оттолкнуть. Но в следующую секунду, не выдержав, уже обнимаю жениха за шею, отвечая ему не менее пылко. Впускаю его язык внутрь, позволяя втянуть меня в чувственное безумие."
"- Прости, малышка. Сильно испугалась? – бормочет Азим спустя маленькую вечность, расцвеченную сотнями искр под веками.
- Нет. Целуешься ты вполне сносно, - хмыкаю я невольно. Хоть и понимаю, что спрашивал он совершенно точно не об этом.
Азим замирает удивлённо.
- Вот значит как? Всего лишь сносно? – тянет возмущённо.
Нет, ну вы посмотрите на него.
- Угу. В качестве развлечения на один вечер сойдёт, - не могу удержаться от шпильки. – Извини за неудобство, пупсик.
Вот жаль, что я сейчас не могу толком рассмотреть выражение его лица. Наверное, оно бы меня потешило. Зато взгляд ощущаю очень хорошо. Очень пристальный.
Кажется, мою шутку не оценили. Ну и ладно. Действительно не самая удачная получилась.
- Обиделась всё-таки, - в конце концов произносит он. Не спрашивает. Констатирует.
- Нет, не обиделась, - сообщаю абсолютно честно. – Но неприятный осадок остался. Слишком уж внезапно пришлось спуститься с небес на землю.