Поэтому шум Садового кольца, да и Бульварного, находившегося еще ближе, совершенно не проникал через эту массивную преграду. Лубынин подумал, что, пожалуй, в своем будущем кабинете в Кремле установит такие же окна, и, поймав себя на этой мелочной мысли, ухмыльнулся. Ему пришло в голову, что подумал он о своем будущем кабинете как о чем-то таком, что ему уже обеспечено. Но, с другой стороны, это естественно. У него на столе, в зеленой ледериновой папке лежали результаты последних опросов. Все опросы показывали, что Громовой выиграет в первом же туре, причем с разгромным результатом.
По самому оптимистичному варианту Громовой набирал более шестидесяти трех процентов голосов, но реально Лубынин рассчитывал где-то на пятьдесят два — пятьдесят пять. Он вздохнул. Воистину, это была титаническая работа. Впрочем, и удача им вполне благоволила. Два наиболее опасных кандидата выпали из гонки, не добравшись и до середины предвыборного марафона. Один вляпался в неприятности с какими-то там нелегальными счетами.
Вернее, счета были абсолютно легальны, но вот только для предвыборной кампании кандидата в президенты они не предназначались. Кто-то из его штаба решил для обналички черного нала использовать счета Всероссийского общества слепых. Дело было поставлено очень профессионально, и Лубынину до сих пор было не совсем ясно, кто и как обнаружил подлог."
"Но скандал раскрутился молниеносно. Кандидата обвинили в обворовывании обездоленных. А когда он попытался оправдаться, на его голову посыпались обвинения в том, что он окружил себя сомнительными людьми, не имеющими твердых моральных устоев.
Волна публикаций и телерепортажей оказалась настолько мощной и лавинообразной, что кандидат, не выдержав чудовищного прессинга, снял свою кандидатуру и лег в больницу с острой сердечной недостаточностью. Причем сам Лубынин, несмотря на всеобщее закулисное восхищение его талантами, на самом деле не имел к этому никакого отношения. То есть он, конечно, не делал ни малейшей попытки переубедить своих собеседников, в приватных беседах выражавших ему свое восхищение, и доказать, что это вовсе не его рук дело.
В конце концов, этот случай вызвал настоящий финансовый ливень, значительная часть которого была предназначена ему самому. Но сам он терялся в догадках. Кандидат в президенты Громовой сурово осудил финансовых махинаторов, но публично заступился за кандидата, слегка пожурив того за излишнюю доверчивость.
