Надо дать им задание проектировать самолет сразу под двигатели воздушного охлаждения АШ-82. Фактически это будет уже истребитель Ла-5 из моего прошлого. Здесь также придется ускорить модернизацию двигателя до уровня АШ-82 ФН, то есть «форсированный, непосредственного впрыска». Конечно, не все сразу, но… надо.
Из бомбардировочной авиации стоит уделить внимание такому самолету, как тяжелый бомбардировщик ТБ-7, который позднее назовут Пе-8. Тут тоже все в основном упирается в моторы. Я не помню, кто занимался самолетом после ареста Туполева, но есть мнение (вот, прямо как Сталин уже начал выражаться), что стоит поставить на доводку самолета такого конструктора, как Владимир Мясищев.
"Ну и для непосредственной воздушной поддержки войск на поле боя нужно создавать и строить вертолеты, а для этого мне нужны Николай Ильич Камов и Михаил Леонтьевич Миль.
Самолеты и вертолеты — это, безусловно, хорошо, но не стоит забывать и о тех, кто будет управлять ими в бою. А значит, программы подготовки в летных школах и училищах придется пересматривать в сторону увеличения отработки практических навыков, таких, как полеты в разных условиях, стрельба по воздушным и наземным целям, бомбометание как с горизонтального полета, так и с пикирования.
В этот момент в дверь постучали, и в кабинет вошла моя секретарь.
— Михаил Андреевич, может, вам чай с бутербродами принести? А то вы уже несколько часов работаете. Или, может, распорядиться, чтобы полный обед доставили сюда?
Ох, ты ж! Это я так заработался, что потерял счет времени? М-да, а желудок уже настойчиво требовал подкинуть ему что-нибудь для работы. Получается, что я только утром дома выпил стакан чая с бутербродом, и все.
— Спасибо, Софья Владимировна, что напомнили. Действительно, забыл про все на свете, — хмыкнул я, — но на обед времени нет, так что можно чай с бутербродами. А кофе, случайно, нет? — без всякой надежды спросил я.
— К сожалению, кофе нет, — огорчилась моя помощница, — но я постараюсь завтра раздобыть. А чай и бутерброды вам сейчас принесу.