Магистр просквозил мимо меня и захлопнул двери кабинета за спиной:
— Аня, я все понимаю, но и ты должна понять… сядь, — он подтолкнул меня к ближайшему стулу и надавил на плечи, вынуждая на него рухнуть. — То, что произошло — случайность…
— А вот Мирослав так не считает, — вставила я.
— Аня, — Зул Вальдемарович сел рядом, — у Мирослава всегда свое мнение, которое он считает единственно правильным, но это не значит, что оно отражает объективную реальность…
— Вы же учили, что ее не существует, — упрямилась я.
— Условно!
— О чем мы все же говорим? — не вытерпела я.
— Мирослав долгие годы был проклят, — заговорил он спокойно, словно с сумасшедшей, — ему было предсказано, что у него никогда не будет истинной пары. Для оборотня это хуже всего, а для правящего — чуть ли не смертный приговор! Такой мужчина не может править после тридцати пяти лет, Мирославу уже тридцать четыре…
Глядя в ярко-синие глаза Магистра, меня вдруг затопила малодушная надежда, что вот он снова мне все объяснит, как делал это уже сотни раз, и я вернусь в свое скрюченное, но такое привычное и почти удобное положение для дальнейшего существования…
— Вам то какое дело? — насупилась я, шмыгая носом.
— В каких… «контрах»?! — скривился он. — Мы с отцом Мирослава и Кирилла всегда сотрудничали. Зачем нам война? Только недавно старика не стало… И тут вдруг ты.
— Вы что же, думаете, я — настоящая? — сама не верила в то, что говорила.
— Я уверен в этом, — в своей манере ответствовал Зул Вальдемарович, но я знала, что уверен он всегда был только в чем-то своем, ведомом лишь ему.
— В любом случае, это все уже не имеет значения, — откинулась я на спинку стула. — Мирослав меня вчера вышвырнул.
— В смысле? — нахмурился Магистр.
— В прямом, — пожала плечами. — Попросил меня убраться с его глаз.
-9-
— Что ты ему такого сказала? — подался мужчина вперед, вцепляясь в меня колючим взглядом.
— Он считал, что я ненастоящая, говорил про какую-то метку, вот я и предложила разобраться в этом… Ни ему, ни мне, как я думала, эта ситуация не выгодна.
— Воржева! — взвыл начальник, вскакивая с края стола.
— Что, Воржева?! — рывком поднялась следом. — Для вас это так просто все?! Мне плевать на Мирослава и его проклятье! Почему я?!
— Аня, это не выбирается! — взревел Магистр. — Научись, в конце концов, принимать судьбу с достоинством, а не ныть над ее несправедливостью!"
"Я прикрыла глаза, стискивая зубы, словно он отвесил мне пощечину. Воцарилась тишина.