Так что установить принадлежность к немецким подразделениям было довольно тяжело, – спокойно ответил Никифоров. Несмотря на рану в боку, он как и Никитин тоже присутствовал.
– Установить тяжело? А мальчишка сопливый только заглянув в документы, сразу определил что они фальшивые, это как по-вашему? – орал полковник тыкая в меня пальцем. Видимо ему было пох, кто перед ним сидит.
Никифоров уже подходил ко мне с подобным вопросом и я подробно объяснил, как определил фальшивку, рассказав, что меня научил этому один из пограничников, когда ходили по немецким тылам.
– Мы уже выяснили, кто научил лейтенанта определять подмену. Так что мы теперь тоже в курсе, – коротко ответил Никифоров.
– А сами значит были не в курсе? – едко спросил полковник. Он действительно переживал. Погибло на земле, не в воздухе, а на земле семь летчиков, это не могло его не расстраивать.
– Теперь знаем!
– Знают они… Выяснили причину нападения?
– Да. Их целью был младший лейтенант Суворов, присутствующий здесь.
– Откуда фото?
– Из газеты.
– Почему именно он?
– На счету Суворова, как сообщил диверсант, шесть сбитых асов Люфтваффе. Четыре из них имели по двадцать сбитых на счету. Так что командование Люфтваффе разозлилось не на шутку. Кстати возможно, что сегодняшняя атака на него была так же спланирована для уничтожения.
– Как они поняли что это он?.. Ах да. Единственный на нашем фронте ЛаГГ. Да тогда это все объясняет. Значит немцы объявили его врагом?
– Пока только не официально, но потом, скорее всего, объявят. Среди погибших асов был сам Хайнц Бэр «Притцль», на счету которого двадцать семь побед. Недавно он получил Железный крест, но погиб от рук нашего Суворова.
– Нечего было к нам лезть, – буркнул я тихо, у себя в углу.
– Суворов! – посмотрев на меня, сказал полковник.
– Я, – вскочил я.
– Ты ведь у нас теперь безлошадный?
– Да, товарищ полковник.
– Самолеты обещали дня через три, так что усиль тренировки, а пока отдыхай. Свободен, – чуть поколебавшись, приказал полковник.
Выйдя наружу, я только пожал плечами.
Ну на хрена я там был нужен то??? Видимо полковник имел на меня какие-то планы, но передумал.
Осмотревшись, я зашагал к нашей землянке. Около нее на бревнышке сидела вся наша группа.