Причину задержки мы выяснили через полкилометра. На дороге в хаотичном порядке стояли несколько машин, три из них еще дымились.
– Не авиация работала… – пробормотал я, пока мы проезжали разбитую колонну, в которой копошилось около десятка человек, стаскивая остовы машины с помощью ЗиС-а на обочину.
– А кто? – спросил водитель.
– Диверсанты скорее всего. Видел там две легковушки и штабной автобус?
– Видел.
– Именно по ним и били больше всего. Так что это точно работа немцев.
Как я и опасался, засветло мы не успели, так что, проехав до стоянки автомашин, водитель высадил там меня и стал устраиваться в ней собираясь спать.
В штабе находился дежурный и хмурый майор Смолин, который что-то записывал в боевой журнал.
– А герой. Слез уже с дерева? – были его первые слова.
– Слез. Вот товарищ майор, справка о сбитых подписанная генерал-майором Бакуниным. А так же подтверждение что сбитый пилот одного из истребителей оказался…
– Группенфюрер Гейдрихом, в курсе уже. Есть хочешь? – усталым тоном спросил начштаба.
Что-то было не так, предчувствуя неприятные новости, я спросил:
– Кто?
Смолин рассказывал тяжело, как будто огромная тяжесть на груди не давала ему вздохнуть и говорить в полную силу.
Через пару часов после моего отлета, когда я уже сидел на дереве и смешил народ, на аэродром был совершен налет.
– Одной бомбой… Всех разом. Сомина опознали по часам. Карпова по золотому зубу. От остальных только фрагменты тел. Нет больше твоей группы Сева. Нет.
Эта новость как пыльным мешком ошарашила меня.
– Иди отдыхай. Никитин приказал перевести тебя обратно в первую эскадрилью. Ты пока числишься за нами, но думаю что это ненадолго. Так что готовься, на днях тебя переведут обратно в полк Запашного.
– Ясно, товарищ майор. Разрешите идти?
– Идите.
Новость была действительно шокирующая, я не обратил внимание даже на то что у Смолина две шпалы, это означало что приказы о присвоении новых званий уже пришел в полк.
Ребята из первой эскадрильи встретили меня молча.
– Будешь? – спросил комэкс, тряхнув зеленоватой бутылкой с мутным содержимым. Не нужно быть прорицателем, чтобы понять что там самогон.
– Я не пью, вы же знаете, – ответил я. К горлу подкатил комок и в глазах запершило.
Холодная дурно пахнущая жидкость, камнем ухнула мне в желудок.
– Закуси, – протянул мне капитан кусок хлеба с кусками тушенки.