Один раз меня пригласили выступить на одном из заводов, по просьбе профсоюза по линии комсомола, а так как я состоял в этой организации, то пришлось пойти на встречу.
Попытки пригласить нас к себе, и выпить за знакомство, превысило всякие приделы, причем большинство приглашающих были женщины самого что ни на есть репродуктивного возраста. Однако тут меня спасал Никифоров, который строгим голосом служивого человека объяснял, что товарищ Суворов должен выступить с речью там-то и там-то, так что никак нельзя. Обломщик, блин.
Вечером четвертого дня, после того как я отработал в одном из важных предприятий, мы гуляли по парку, как вдруг я услышал звуки музыки.
– Что это? – спросил я, прислушиваясь.
Мы только вылезли из машины и еще не обрели десяток фанатов, как это бывало обычно.
– Может вечерний концерт? – задумавшись предположил Никифоров.
– А что это?
– Ну вот в таких парках есть сцены и танцевальные площадки, обычно там по вечерам собирается народ и танцует и поет. Но война, не думаю что сейчас проводят эти мероприятия.
– Сходим, посмотрим? – спросил я.
– Пошли.
Там действительно был вечерний концерт. На сцене стояла видная женщина и пела контральто красивую песню о юности.
– Не слышал такой, – покачал я головой, с интересом разглядывая десяток музыкантов, расположившихся левее сцены.
– Смотри, там даже микрофон подведен…., – воскликнул я, толкая Никифорова в плечо. Мы приобрели уже дружески-служебные отношения, так что разговаривали как приятели.
– Тут больше сотни человек, – сказал особист.
– …. и громкоговорители на столбах, в любой точке парка все слышно. Хм, – задумался я.
– Спеть хочешь? – искоса посмотрел на меня Никифоров.
– Ага, пять дней уже без концертов, так и отвыкнуть можно. А, если серьезно то я скучаю по нашим парням и девушкам, помните как они слушали?
– Помню. Кстати, тот парень в белой рубашке похоже организатор, если хочешь записаться на исполнение, то это к нему, – поддержал меня он.
Решительно обойдя стайку девушек, которые стали ко мне подозрительно приглядываться, я энергично зашагал к парню, который разговаривал с какой-то женщиной сиреневом платье.