Теперь сомнений не было, меня «вели» самого начала. Ну Никифоров, ну особист.
– Что ты скажешь по визуальному осмотру? Ты же видел, как они пилотировали?
– Видел…
Я быстро накидал легкий набросок «Яка». Еще бы я его не знал. Все-таки больше семидесяти часов налета.
Судя по виду Архипова экзамен на авиаспеца я сдал, даже с перевыполнением.
Через пару минут, мы вовсю окунулись тактику охотничьих групп и мер взаимодействия перехватчиков с наземными войсками. То, что ко мне приходил Лавочкин, Архипов был в курсе.
Еще через час, Архипов удалился оставив меня выжатого как лимон.
«А говорили лечиться дадут. Главное выжить до конца лечения!» – подумал я устраиваясь по удобнее на подушке. Через десять минут принесли ужин, а еще через час провалился в сон без сновидений, перед тем как свалиться в странное полузабытье, я пожаловался Елене Степановне на вечернем обходе на усиливающиеся боли в ноге."
"Майор Архипов стоял навытяжку в кабинете Сталина.
– Я изучил ваш рапорт товарищ Архипов. Что ВЫ, лично можете сказать о товарище Суворове?
– Товарищ Сталин, знание Суворовым по тактике и стратегии использования крупных авиачастей… удивительно.
– Он вам солгал?
– М-м-м, скорее не договаривал.
– Продолжайте.
Слушая Архипова, Сталин с интересом изучал записи Суворова по дальней авиации, иногда делая пометки на полях дневника.
– …похоже он пытался так убедить меня в этом. То есть, Суворов трижды сказал: лучше иметь десять самолетов с радиостанциями, чем двадцать без. В начале разговора, в середине и для закрепления в конце.
– Генерал Жигарев недавно на встрече авиаконструкторов и представителей ВВС выразился также, – припомнил Сталин, отрываясь от дневника.
– Он озвучил Суворова, я уверен в этом. Тем более они общались в штабе дивизии Миронова.