Шторы были откинуты, давая показавшемуся рассвету проникнуть в палату, освещая ее. Первым моим вниманием овладел угол где лежала Даша, сейчас он был конечно пуст, но я все равно смотрел на него не отрываясь.
Попытка встать привела к вспышке боли в ноге. Посмотрев на гипс, я обнаружил, что он свежий, новый.
«Весело, мне что, опять ногу сломали?» – подумал я, с интересом рассматривая гипс.
Осмотревшись, костылей рядом не обнаружил. Они обычно стояли у изголовья, прислоненные или к тумбочке, или к спинке кровати, в этот раз их на месте не оказалось.
Поэтому приподняв подушку, облокотился на нее, и безучастно осмотрелся. Хотелось пить, полный графин с водой стоял на тумбочке, как и кружка подаренная Дашей. Взяв ее в руки, я несколько секунд рассматривал белую эмалированную посуду.
– Эх, Даша-Даша, не уберег я тебя. Да, не уберег, но ты не волнуйся, я знаю как отомстить… Знаю.
Вода была прохладная, вкусная. Выпив два стакана, я поставил кружку на место, и снова откинулся на подушку, но долго мне лежать не пришлось. Скрипнула дверь и в палату вошла незнакомая медсестра.
– А где Маша?
– Ой, батюшки. Очнулся! – всплеснула она руками, роняя влажное полотенце."
"Архипов сидел рядом на стуле и смотрел в пол. Ему было тяжело глядеть мне в глаза. Я не отрываясь, не мигая смотрел на него, пытаясь понять, хочу ли я его смерти или нет.
– Никто не знал о группе подстраховки. Эта Лариса перевелась из другого госпиталя на Урале. Мы только сейчас смогли выяснить, что все ее документы поддельные. Нет, такой человек действительно существует, но она продолжает работать в той же больнице стоматологом. Основную группу мы вели, и взяли когда они хотели расстрелять нашу машину из пулемета.
Эта Лариса, прошла к твоей палате и вместе с обеими девушками зашла в нее, заговорив их. После чего убил всех трех, охранника тоже, он изображал раненого в ногу артиллериста. Она успела убрать с дороги охранника, и Машу, когда в палату вошел ты. Дальше знаешь. На твой крик прибежал я и два моих сотрудника. Ларису взяли живой.