Я удивлюсь если в скором времени не узнаю, о возможной атаки нашего фронта с суши и морском десанте на побережье с последующим продвижением вперед. Как немцы обороняют побережье мы уже знали, видимо все наличные силы они стянули к ударной группировке. По сообщениям пленных, я это узнал от раненного майора которого поместили в нашу палату час назад, в месте прорыва слоенный пирог, где наши взяли немцев в небольшие колечко, где немцы наших, так и воюют пытаясь уничтожить друг друга.
– Герр генерал? – окликнул Манштейна дежурный офицер, чуть ли не бегом догоняя подходящего к своей машине командующего.
– Слушаю? – останавливаясь и поворачиваясь к дежурному ответил Манштейн.
– Герр генерал, нашими диверсантами был захвачен в плен командующий русскими войсками генерал Власов.
– Что-о-о?! Немедленно его ко мне!
– Герр генерал – это невозможно. Следуя вашему приказу не брать русских в плен, наши солдаты расстреляли генерала. Так же были расстреляны и диверсанты, одетые в русскую форму госбезопасности.
– Как такое могло произойти? Они не могли опознать себя? Почему диверсанты не назвались?
– Это подразделение было сформировано в основном из русских перебежчиков и лояльных к нам жителей захваченных территорий.
– Солдаты что, не могли понять, что он мог дать важные сведенья?!
– Герр генерал, ваш приказ, подтвержденный Фюрером, гласил уничтожать ВСЕХ русских даже старших офицеров.
– Шайсе!
Через несколько минут Манштейн знал все подробности."
"За два дня я выступил в живую, и перед моряками и перед разведчиками, получив от последних ценный подарок. Вальтер с наплечной кобурой. Подготовил команду, и сделал запрос на места в транспортнике вылетавшего сегодня по прямому рейсу в Москву.