Во время операции возникли некоторые проблемы, которые мы благодаря высокой выучке группы осназа майора Славича благополучно преодолели. По окончанию операции нами была обнаружена и эвакуирована группа под командованием полковника Суворова. Которую, мы считали погибшей.
– Молодцы, – кивнул Берия с непроницаемым лицом. Рядом с ним стоял Архипов.
К этому времени все пассажиры, включая раненых, покинули салоны самолетов и выстроились по своим подразделениям. У лежавших на самодельных носилках бойцов уже суетились медики в белых халатах, подъехали санитарные машины.
Мы все вместе, включая сопровождение наркома прошли к строю бойцов осназа и разведгруппы.
– Благодарю за службу товарищи солдаты! – гаркнул, вдруг Берия.
– Служим Советскому Союзу! – хором ответил строй.
Пока заместители общались с бойцами и скомандовали им на посадке в грузовики, мы с Берией, Архиповым и дядей отошли в сторону. Я быстро представил присутствующих друг другу. После того как знакомство состоялось, стал быстро вводить в курс дела за дни.
– Рапорт напишешь. Тот, что в полку написал, я уже изучил, а этот во всех подробностях, – велел он мне.
– Есть.
В это время подчинённые Берии стали доставать из самолетов баулы, я тут же вмешайся:
– Товарищ нарком. Среди десяти баулов четыре принадлежат мне. Там личные вещи.
– Что там, полковник? – спросил Лаврентий Павлович у дяди, он как раз беседовал с ним, поэтому и вопрос адресовался ему.
– Музыкант, – развел он руками.
– Музыкальные инструменты, спецзаказ. Две разобранные бас-гитары, синтезатор, усилки и небольшое звукозаписывающее оборудование, – подтвердил я.
– Потом получишь. Под расписку.
– Есть.
При случайном разговоре выяснилось, почему осназовцев и разведчиков тоже переправили в Москву. Наградить, это само собой, тут другое, с помощью их решили создать охрану прибывших лиц из другого мира.
Подполковник Суворов-старший, подполковник Васнецов и Степан Раевский.
Москва, служебная гостиница. Это же время.
Их разбудил телефонный звонок, раздавшийся в номере. Сам номер был четырех местным, но одна кровать была пуста.