Кстати, – оборвал поток обличений, – пойди, сходи в подвал, посмотри, что там с мамашей.
– Я бою-юсь! – хныкнул парень.
– Иди, говорю! – рявкнул Сева.
И сработало – дурачок послушно заковылял, заскрипели ступени…
Через пару минут доложил:
– Мертвая. Холодная. Лицо синее."
"– Сердце, – подытожил Акимов. – Говорил я тебе: ее не нервировать.
– А я че? Я ее пальцем не тронул, все культурно! – возмутился парень.
– Все, культурный. Умолкни, – оборвал его Сева. – Давай, вытаскивай труп из подвала, волоки куда-нибудь на жару.
– Зачем?! – изумился дурачок.
Сева пока знал лишь одно – так надо. Так будет лучше. Но, чтобы мотивировать парня, начал фантазировать на ходу:
– Чтобы тело разложилось быстрее. Чтобы время смерти было сложно определить.
– А отпечатки?! – взвыл парень.
– Стирай их, дебил! Бери мокрую тряпку и стирай! Отовсюду! С перил, с ружья!
– Я не буду! – истерически завизжал тот. – Я сдамся! И скажу им, что ты, ты все это придумал!
Но чем больше психовал исполнитель, тем спокойнее и увереннее в себе становился Акимов.
– Жорик, да делай что хочешь. Не забывай только, что парень ты совершеннолетний, дееспособный. За свои поступки сам отвечаешь. И самое главное: ты чего нас хоронить спешишь? Нас кто-то видел? Поймал?
– Нет, но…
– А раз нет, значит, и каяться рано, – отрезал Акимов. – Нас никто ни в чем не подозревает. Не обвиняет. И я от своих обещаний не отказываюсь. Получай свои деньги и убирайся, богатый и свободный.
– Но… ведь два трупа… Менты на уши встанут, чтоб нас найти!
– А ты беги быстрее, чтоб найти не успели, – велел Сева.
* * *Сева нажал на «отбой».
Задумался долго, глубоко.
Да, убивать в его планы совсем не входило. Но – удивительно! – раскаяния он не чувствовал. Наоборот, некоторое злорадство. Что теперь-то везунчик Томский окончательно сломлен.
А еще – Сева был собой горд.
Похищение получилось – не шедевр. Но кое-что было сделано грамотно. Ружье самого Томского – отличный, как теперь оказалось, ход!
Оружие ведь все равно было нужно.
А организовать квартирную кражу у партнера по бизнесу куда безопаснее, чем ему, тюфяку, покупать огнестрельное на черном рынке. Или поручать это тонкое дело Жорику.
В итоге мы имеем…
Психически неуравновешенный (любой подтвердит!) программист.
Его мертвые жена с дочерью.
Глухая деревня.