Я думал, все будет мгновенно, как в кино: подлетели, лихой разворот, толпа высыпает из кузова и с криком «банзай» влетает в двери.
А тут все было медленно и печально, ну прямо как в моем организме во время пиковых ситуаций. Пока Федя выруливал, маневры крутил, на крылечко выполз заспанный джигит в милицейской форме: трет глаза, щурится от света, зевает...
На поясе – кобура.
Ну и что теперь?!
– Ты Ильяс? – очень кстати вспомнил я.
– Что?
Грузовик – военная сволочь, ревет как слон, не дай бог, перебудит всех джигитов в общаге!
– Ты Казбек?! – перекрикивая рокот грузовика, я на всякий случай поменял вариант.
– Казбек отдыхает после ночи! – милицейский джигит особо сладко зевнул и обозначил движение к двери. – Позвать?
– Да нет, сами справимся!
– А что привезли?
– Лекарство! – встряла Ленка.
– От чего?
– От варварства!
– Это что, типа новый грипп опять?
– Нет, это очень старый грипп! И очень тяжело лечится...
Ильяс не понял: пожал плечами и начал спускаться со ступенек.
Сейчас спустится и заглянет под тент – а до ствола ему дотянуться в десять раз быстрее, чем самый реактивный боец выпростается из затянутого кузова.
В этот момент Федя закончил парковаться: спрыгнул с подножки, мгновенно оценил ситуацию...
И, в два прыжка подскочив к крыльцу, с ходу пробил.
В тишине, секунду назад освободившейся от надсадного моторного рева, этот мясистый шлепок прозвучал особенно отчетливо:
– Бац!
Пробил душевно: Ильяс спиной вперед вернулся через три ступени к двери и рухнул как подкошенный.
– Забрать ствол с кобурой, – бросил Федя подскочившим юнгам. – Борман – первый боец огневой группы. Наручники с пояса – руки за спину, отнимите мобилу, если есть. Втащите потом в здание.
– Ясно, – Борман-Рома склонились над Ильясом.
– Бортовые – к машине! – негромко скомандовал Федя, обернувшись к грузовику. – Тент – борт – наблюдение – ждать команды. Андрюха, давай со мной...
И вошел в здание.
Андрей отстегнул край тента, выпуская из кузова двух бойцов, и последовал за Федей.
Борман надел на пояс портупею с кобурой.
Мы с Ленкой тоже решили войти.
Вернее, Ленка посунулась следом за большими мальчишками, а я, на ватных ногах, за ней – как привязанный. Деваться мне некуда, я за нее сегодня отвечаю...
* * *Никто в нас не стрелял, даже табуретами не кидался, внутри было тихо и казенно, откуда-то с верхних этажей вовсю несло утренне-гастарбекским свежепасикантом.
Так, что тут у нас...