Вот мама говорит и говорит не переставая. Вот от боли темнеет в глазах. Вот над головой врачи скорой помощи. А вот уже яркая, режущая глаза, огромная лампа. Операционная…
- Татьяна Антоновна, - надо мной склонилась приятная женщина в зеленой медицинской форме. - как вы себя чувствуете?
- Что… что со мной? - выдавила я.
Женщина опустила глаза на несколько секунд. Потом снова посмотрела на меня. На ее лице было написано сочувствие.
- Татьяна Антоновна… К сожалению, вашу беременность сохранить не удалось…
- В смысле? - ляпнула первое, что пришло в голову.
- У вас случился выкидыш, Татьяна Антоновна, мне очень жаль. Но операция прошла успешно. И в будущем, я абсолютно уверена, вы сможете иметь детей…
- Нет! Это неправда! Прошу, умоляю, скажите, что это неправда! - разрыдавшись, взмолилась я, вцепившись скрюченными пальцами в рукав зеленой формы.
- К сожалению, это правда, Татьяна Антоновна, - мягко сказала врач, отцепляя мои пальцы. - Вам нельзя напрягаться. Нужно отдыхать. Сейчас я позову медсестру и она уколет вам успокоительное.
- Нет! Не хочу-у-у! - разрыдалась я.
Казалось, что от боли меня просто-напросто разорвет на куски. Я потеряла ребенка. Потеряла своего малыша. Часть себя потеряла… Его нет. Его больше нет! Я никогда не почувствую, как он шевелится внутри. Не возьму его на руки. Не почувствую его тепло. Его нет….
Я, кажется, что-то кричала. Кажется, вырывалась из рук врачей, которые держали меня. В какой-то момент предплечье обожгло и почти сразу я снова провалилась в темноту. Спасительную темноту, в которой нет боли. Все, чего я хотела, это навсегда остаться в ней.
*******
Когда открыла глаза, за окном занимался рассвет. Небо было чистое- чистое. И окрашенное розовым и багряным. Солнечный диск медленно выплывал из-за горизонта.
Все тело болело и ломило. Но физическая боль ничто по сравнению с болью от воспоминаний.
По сравнению с этим Сашина измена была ничем. Вообще не вызывала никаких эмоций. Плевать на него. Плевать на то, как долго он приходил ко мне после другой.